Недалекое будущее. Человечество подчинило себе время. Тур в прошлое — такая же повседневность, как поездка в путешествие за границу. Группа туристов отправляется в путешествие по времени, по маршруту «Сквозь тьму времен». Маршрут предполагает посещение самых мрачных моментов российской истории. Однако в результате аварии, произошедшей при отправке, путешественники превращаются из сторонних наблюдателей в непосредственных участников событий, и теперь их основная задача — выжить.
Авторы: Злотников Роман
тысячи всадников закрутили смертоносные хороводы под стенами города, обрушив на них настоящий ливень стрел.
Плотность огня защитников сразу упала, и снова двинувшейся пехоте захватчиков удалось преодолеть рвы и добраться до крепостных валов. Этот участок обороны стоил монголам очень дорого. Преодоление покрытых ледяной коркой валов даже в обычных условиях проблематично, а когда кроме льда приходится опасаться бьющих почти в упор лучников, вообще превращается в тяжелое испытание. Усыпав склоны валов телами погибших и зачастую используя их как лестницу, монголы наконец смогли добраться до стен. Здесь захватчики разделились: одна их часть бросилась в проломы, вторая попыталась штурмовать стены, устанавливая лестницы и закидывая кошки. Защитники не мешкали, и на головы штурмующих со стены, помимо стрел, полетели камни и бревна, а также хлынули потоки кипящей воды и смолы.
В проломах монголов встретили на баррикадах: сначала стрелами, а потом мечами.
Самые яростные бои разгорелись в проломах возле Волжских, Медных и Золотых врат. Земля там пропиталась кровью, а сами баррикады по нескольку раз переходили из рук в руки.
Но на этом плохие новости для владимирцев не закончились: к Волжским и Ирининым воротам медленно поползли тараны. Если у Волжских ворот арбалетчикам, засевшим в башне, удалось побить обслугу и остановить новую напасть, то у Ирининых тарану удалось добраться до ворот, и под его ударами одна из створок рухнула. Ворвавшиеся внутрь степняки сошлись с горожанами — и под сводами ворот разразился ад.
Как плотина удерживает реку, так же владимирцы на несколько часов остановили монгольские тюмены. Однако, под давлением много раз превосходящих сил противника, силы защитников таяли и пополнить их уже было нечем. Плотина истончилась, а потом лопнула, и в ставший беззащитным город хлынул поток вражеских войск.
— Великий хан, владимирский отряд уничтожен! — согнувшись в поклоне, проговорил темник.
Ханская юрта была огромной, кричаще роскошной и настолько же безвкусной. Прекрасные персидские ковры покрывали ее пол, обитые красным шелком стены были увешены драгоценным оружием. Сам хан восседал на троне, украшенном золотом и драгоценными камнями.
Человек, которого боялся весь мир, был полноватым, невысоким, с круглым, слегка обрюзгшим лицом. Маленькие глазки смотрели внимательно и властно.
Четверо телохранителей: двое турхаудов и двое хорчи-кешектенов, застыли рядом с троном, внимательным взглядом оценивая каждое движение темника.
— Что они везли с собой?
— Ящики полны камнями, лишь сверху золото и украшения. Я предполагаю, они планировали покушение.
— Почему звала труба багатуров? Две сотни моих лучших воинов не способны справиться с пятью десятками владимирских гридней?
Для темника настал самый неприятный момент в разговоре. Ичен был темником не первый год и, зная вспыльчивый характер хана, понимал, что сейчас находится на очень тонком льду и лед этот уже начал трещать.
— Владимирцы применили неизвестное оружие, именно его хлопки доносились до лагеря. Отряд багатуров почти полностью уничтожен.
— Вы захватили это оружие?
Темник незаметно перевел дух. Гроза миновала, оставались только хорошие новости.
— Да, мой хан! Также нам удалось взять живыми воинов, которые его использовали. Один из них, правда, при смерти.
— У тебя есть три дня, чтобы разговорить их. Через три дня я жду тебя с докладом.
— Конечно, мой хан!
Темник еще раз поклонился и, пятясь, вышел из юрты.
— Отряд, около сотни сабель, двигается к Торговым воротам. Встретишь их здесь, на пересечении с Ржавой. Людей в домах прячь и оттуда стрелами бей. Резерва больше нет, твоя сотня последняя, так что береги ее и без нужды на саблях не сходитесь.
Используя вместо стола перевернутую бочку, воевода пальцем водил по схеме города, указывая сотнику маршрут движения противника и место предполагаемой засады.
Они находились в Новом городе, во дворе одного из покинутых постоялых дворов, который несколько последних часов использовали как временный штаб. Здесь же разместился и последний резерв Владимира, сотня гридней под командованием Юрия Романовича. Готовая к бою сотня сейчас гарцевала во дворе, ожидая приказа командира.
— Понял я, Петр Ослядюкович, сделаю как сказал! — сотник пожал воеводе руку, а затем лихо запрыгнул в седло.
— Бог даст, свидимся! — уже сорвавшись в галоп, крикнул он, уводя за собой гридней.
Через минуту
