Сериал «Экспансия» рассказывает о страшной войне, которая разворачивается на границах освоенного земным человечеством пространства. Не знал курсант учебного лагеря Галактического Корпуса Кирилл Кентаринов, что еще до окончания учебы ему придется сойтись в смертельной схватке с врагом.
Авторы: Романов Николай Александрович
Кирилл первое, что пришло в голову. — Чтобы вы уносили ноги и оставили меня здесь.
Гмыря скривился:
— Может, и так. У нее все может быть. Знал бы ты, за что она мне платила…
— Вряд ли стоит ему говорить об этом, — сказала Сандра.
— А почему? — Капрал фыркнул. — Он все равно никому не расскажет.
— Если вы мне причините вред, она вам отомстит, — сказал Кирилл, холодея.
— Плевать! — рявкнул Гмыря. — Не сегодня-завтра начнется война, а война все спишет. Тебе не повезло, сучонок! Ты даже не представляешь, как я ненавижу тебя! А с этой придурочной бабой мы, может, больше и не увидимся.
Кирилл понял, что Гмыря уже все для себя решил. Далековато он все-таки сидит…
При одной только мысли о необходимости активных действий у него опять заболело в промежности.
— Что? — Гмыря фыркнул. — Здорово я тебя уделал?
Видимо, приступ боли оставил отпечаток на лице Кирилла.
— Не бойся, — продолжал Гмыря. — Я тебя убью не больно. Можно было бы, конечно, поджарить тебе шкуру, чтобы подольше мучился, да времени нет.
Кирилл лихорадочно думал, что предпринять.
— Не старайся, — сказал Гмыря. — Тебе конец! Больше тебе чужих баб не трахать!
— Так вот за что ты меня собрался убить, капрал! — фыркнул Кирилл, слабея от боли. — Я-то думал…
— Ты думал, что мы с тобой по разные стороны баррикад? Черта с два! Какой из тебя противник? Ты просто шкодливый щенок, сумевший воспользоваться моментом и бабьей слабостью! Распалил, завалил и трахнул… Но больше у тебя таких моментов не будет. — Гмыря сдвинул регулятор энергии импульса и посмотрел на Кирилла в упор.
В глазах его была смерть. Рука подняла трибэшник. Теперь в лицо Кириллу смотрели три глаза — два карих, один угольно-черный, без зрачка. Вернее — сплошной зрачок…
Кирилл зажмурился, почувствовав, что через мгновение чуть слышно ширкнет ионизирующийся воздух и молния вопьется прямо в лоб. И все кончится.
Мыслей не стало, будто их выдуло порывом ветра.
Потом, как и полагалось, чуть слышно ширкнул воздух. Однако ничего не кончилось.
Кирилл открыл глаза.
Его дерьмочество, выронив из рук трибэшник, валилось с табуретки. На виске у него дымилась обугленная дырочка. Запахло паленой костью.
Сандра стояла в дверях с Кирилловым «подсолнечником» в правой руке. Однако смотрела она не на свалившегося кулем капрала.
— П-почему? — прошептал Кирилл.
— Было приказано, чтобы ты жил, — сказала Сандра.
Повернулась и скрылась в соседней комнате.
Кирилл снова посмотрел на Гмырю. Тот лежал на левом боку с обиженно-удивленным лицом, и сейчас в нем не было ничего от офицера Галактического Корпуса. С такими лицами, наверное, лежат сутенеры, когда их случайно подстрелит конкурент. А у офицера должны быть торжественность и гордость…
Кирилл помотал головой. Что, черт возьми, за мысли в такой момент?!
Он встал с койки и, пошатнувшись, шагнул к открытой двери. Заглянул в соседнюю комнату. Сандра в трусах и бюстгальтере стояла возле шкафа и доставала иссиня-черную форму.
Кирилл смотрел, как она надевает темно-синюю рубашку, как натягивает юбку и пристегивает галстук из комплекта парадной формы, как снимает с вешалки парадный китель с восьмиконечной звездочкой на погонах.
Потом она повернулась к нему, и Кириллу вдруг пришло в голову, что перед ним вовсе не метелка, которую можно распалить, завалить и трахнуть…
Да, на ней была парадная форма курсанта, но стояла перед ним вовсе не курсант, а боец Галактического Корпуса. Галакт, как они себя называют. Во всяком случае, этот решительный взгляд мог принадлежать именно галакту.
— Прощай, Кир! — сказала она, подпоясывая узкую талию ремнем с кобурой и став, наконец, похожей на метелку.
— Подожди, — сказал Кирилл. — Куда ты собралась?
— Прощай, — повторила она и не оборачиваясь ушла.
Тогда Кирилл вернулся в «тюремную камеру» и обыскал карманы убитого. Нашел свой персонкодер и энергоприемник, включил, вернулся в большую комнату и вызвал дежурного по «Ледовому раю».
— Здравия желаю, господин майор! — сказал он, когда рядом вспыхнул видеопласт, на котором появилось лицо начальника отдела по воспитанию майора Грибового. — Я курсант Кентаринов. Меня вчера похитили, но сейчас я уже свободен.
— Где вы находитесь, курсант Кентаринов? — спросил Грибовой, оживляясь. — Мы вас ищем второй час.
— Не могу знать. Где-то неподалеку от представительства компании «Прашкевич и Первушин». Я вижу их рекламу в окно.
— Вы один? Сопротивления со стороны похитителей не будет?
— Не будет. Я один. Разве что рядом лежит труп. Бывший наш ротный, капрал
