Сериал «Экспансия» рассказывает о страшной войне, которая разворачивается на границах освоенного земным человечеством пространства. Не знал курсант учебного лагеря Галактического Корпуса Кирилл Кентаринов, что еще до окончания учебы ему придется сойтись в смертельной схватке с врагом.
Авторы: Романов Николай Александрович
умение строиться офицеры «Ледового рая» сумели вколотить в своих подопечных.
Прапор удовлетворенно кивнул:
— Я пошел с докладом к начальству, а вы подождите в строю. Хотя… Сержант Кентаринов!
— Я!
— Оставляю вас за старшего. Наверняка все не прочь покурить после такого долгого перерыва. — Прапор понимающе усмехнулся. — Курилка вон. — Он показал на строение, напоминающее большую беседку, с большой цилиндрической урной посередине. — Можете отправляться туда.
— Есть! — рявкнул Кирилл.
— По территории базы не разбегаться. Держаться всем вместе! — строго добавил прапор и скрылся за углом ближайшего здания.
Все побросали чемоданчики и кинулись занимать скамейки в курилке, толкаясь и переругиваясь.
— Отставить толкотню! — скомандовал Кирилл.
Вообще говоря, следовало бы навешать народу ржавых пистонов и заставить сложить чемоданчики аккуратно, но курильщик курильщика всегда поймет.
Когда он намеренно неторопливо подошел к курилке, угнездившийся с краю скамейки Мишка Афонинцев сдвинул сидящих и подвинулся сам, освобождая сержанту место.
Кирилл помотал головой, закурил из предложенной пачки и прилег рядом с курилкой, в тени, на травку.
Народ, сделав первые затяжки, делился впечатлениями о базе.
— Я думал, это утилизатор мусора у них такой, — произнес чей-то незнакомый голос. — А это, оказывается, урна. Странная какая-то!
Кирилл глянул в сторону говорившего. Это был обрезок с азиатскими глазами и широкими скулами на плоском лице.
— Эта штука называется бочкой, — пояснил Спиря. — В них в старину хранили разные жидкости. Спиртное, например, или жидкую горючку.
— Откуда ты знаешь? — спросил азиат.
— Интересовался теми временами.
Тут же возник спор, не является ли для галакта интерес к старине лишним, поскольку он ничем не помогает в бою.
— Старина — это голимый целлофан! — заявил азиат. — Что толку в том, что ты знаешь, как стреляли из лука или из этого… как его… рабалета?
— Из арбалета, — поправил Спиря. — Толк в том, что убеждаешься, насколько отважными были предки. И хочется стать таким же!
Он опять распускал хвост перед Ксанкой.
— Голимый целлофан! — не соглашался азиат. — Чужая отвага — совсем не подмога.
Кирилл спорщиков слушать не стал, лениво следя за погрузкой десантного бота. Было интересно, почему на работу не бросили вновьприбывших. В «Ледовом раю» поступили бы именно так. Впрочем, скорее всего грузчики-ефрейторы отбывают наряд за какое-либо нарушение, и помогать им в этом деле — значит, уменьшать меру наказания. На такое никто никогда не пойдет. Исходя из чисто воспитательных целей.
Пилот десантного бота, приняв на борт контейнеры, появился в люке и помахал остающимся на планете, после чего бот бесшумно поднялся и стремительно скрылся в голубом небе. Голубизна здесь была более нежной, чем на Марсе, и скорее напоминала земную. Трава вокруг тоже была земная, но это и не удивительно, коли Незабудку объявляют едва ли не двойником колыбели человечества.
Загрузившие десантный бот ефрейторы с интересом глянули в сторону прибывшей боевой подмоги, оценивая метелок, но подходить не стали и тоже скрылись — за углом ближайшего строения.
Кирилл огляделся.
Плац, в отличие от своего собрата в «Ледовом раю», был пуст — видимо, здесь заниматься строевой подготовкой было некогда. Что и не удивительно — боевая часть есть боевая часть. Удивляло то, что вокруг лагеря отсутствовал Периметр — происходящее на территории можно было рассмотреть с любого близлежащего холма. Правда, холмов в округе не наблюдалось, степной пейзаж был ровен, как футбольное поле, лишь вдали на востоке возвышалась над горизонтом некая замысловатая конструкция, отдаленно напоминающая десяток шпилей Петропавловской крепости (непозолоченных, разумеется, и без ангела), соединенных между собой ажурными перемычками. Воздух над конструкцией дрожал. Судя по всему, это была башня ТФ-установки, поставляющая в атмосферу освобожденный из породы кислород. Дышалось, кстати, очень даже легко — воздух был чист и свеж, как родниковая вода. Но чего-то не хватало.
Кирилл отстегнул от пояса шлем и подложил под голову. Прикрыл глаза. И понял чего не хватает — пения птиц. Находись они сейчас на Земле или на Марсе, с высоты бы заливался жаворонок. И стрекотали кузнечики.
Слева послышались шаги. Кирилл открыл глаза и повернул голову. Рядом устраивалась Ксанка. Тут же появился и Спиря, для которого быть возле Ксанки было важнее, чем демонстрировать свои познания необразованным азиатам.
— Я познакомился, — сказал он. — Этого «рабалета» зовут Фарат Шакирянов. Он из Казани.
— Вот странно,
