Сериал «Экспансия» рассказывает о страшной войне, которая разворачивается на границах освоенного земным человечеством пространства. Не знал курсант учебного лагеря Галактического Корпуса Кирилл Кентаринов, что еще до окончания учебы ему придется сойтись в смертельной схватке с врагом.
Авторы: Романов Николай Александрович
собой, над своими товарищами, над своими командирами…
Тьфу, дьявол, да что же это за мысли сегодня преследуют его?!
Кирилл даже головой мотнул.
— Ты чего? — тут же подняла голову Ксанка.
Кирилл открыл рот. Посмотрел на сидящих за столом. И закрыл.
Нет, не поймут они эти его мысли. Послушают, тщательно пряча удивление. А потом, за спиной, покрутят пальцем у виска. И правильно сделают. Разве что Ксанка поймет, да и то — вряд ли. Как жаль, что нет рядом Светланы. Вот та бы поняла…
Он и сам не знал, почему решил, что Светлана бы его поняла. Просто ему хотелось так думать.
Потом его мысли перескочили от случившегося в овраге к скамейке в парке возле почтамта.
Пожалуй, скамейка — более важная веха в его жизни, чем степной овраг. Ибо после оврага он всего лишь стал обрезком, трахнувшим опытную метелку, бывшую изрядно старше. Его внутренний статус изменился, но это изменение касалось лишь самого Кирилла.
А вот после скамейки он из просто секретного сотрудника превратился в секретного сотрудника, получившего профессиональное задание. Таким образом, изменился не только его внутренний, но и внешний статус, и это изменение касалось уже многих. И по-особому начинали звучать слова, услышанные им, Кириллом, от лагерного капеллана при их последней встрече.
Капеллан вызвал к себе Кирилла накануне отлета с Марса, когда все выпускники уже, как выразился Спиря, сидели на чемоданах.
Аудиенция состоялась в том же кабинете, что и прежде, происходила при отсутствии охранников и оказалась весьма короткой.
— Как успехи, курсант? — спросил Тихорьянов. И поправился подчеркнуто уважительным тоном: — Вернее — новоиспеченный галакт.
— Все зачеты сданы, господин майор, — доложил Кирилл. — Завтра отбываю к месту дальнейшей службы.
Так полагалось говорить по уставу, хотя дальнейшая служба бывает лишь у тех, кто уже послужил, а учебный лагерь за службу у галактов не считается. Неофициально, разумеется, поскольку официально в выслугу идет все…
— Ваше подразделение уже ждут на Незабудке. Но, — капеллан поднял правую руку с отставленным указательным пальцем, будто собирался погрозить Кириллу, — об этом пока никто из твоих товарищей не должен знать. Не болтать! Режим секретности, ясно?
— Так точно! — рявкнул Кирилл, вскакивая. — Есть не болтать, господин майор.
— Да уж… Привыкайте хранить военную тайну, молодой человек. Всех нас ждут серьезные дела, и болтливость в этих делах непозволительна. Ты садись, садись.
Кирилл сел.
А эсбэшник произнес несколько общих фраз о великой миссии Галактического корпуса по защите человечества от внешних врагов и перешел к делу.
— Вообще говоря, мой мальчик, — сказал он, — мы рассчитывали использовать тебя несколько позже. Ты должен был оставаться глубоко законспирированным агентом, которого мы планировали ввести в активную фазу уже в разгар войны. Однако обстановка изменилась. На Незабудке происходит нечто странное. Наш тамошний агент сообщает, что монстры ведут себя совсем иначе, чем раньше. С подробностями я знакомить тебя не буду. Во-первых, не имею права, а во-вторых, очень скоро ты и сам все увидишь. — Капеллан встал из-за стола. — Сиди, сиди! — скомандовал он, увидев, что новоиспеченный галакт в очередной раз попытался вскочить со стула.
Кирилл снова сел, глядя, как хозяин кабинета прошелся по кабинету, постоял у одной стены, потом у другой, словно прислушивался к чему-то. Впрочем, судя по выражению его лица, он прислушивался к собственным мыслям.
— Когда окажешься на месте, — снова заговорил майор, — ты должен вести себя очень осторожно. Раскрываться не имеешь права. Ни перед кем! Даже перед собственными начальниками. Только в крайнем случае. Если будет невозможно обойтись без их помощи. Но такой поступок вызовет по отношению к раскрывшемуся агенту служебное расследование. И вовсе не факт, что следователь признает твою правоту. Это ясно?
— Так точно.
— Превосходно.
Кирилл не был удивлен. После того, каким образом с ним обошлись в деле Дога и Сандры Каблуковой, удивляться обещанному служебному расследованию было бы глупо. Судя по всему, служба безопасности — то еще паучье гнездо… С гремучими змеями в придачу. Со скорпионами и сколопендрами. А с другой стороны, как еще заставить работать человека, если не страхом? Вот только неужели вся работа секретного агента состоит из соблюдения едва ли не взаимоисключающих требований? Ты, друг дорогой, должен и задание выполнить, и не раскрыться. Иными словами, и в небо взлететь, и из-под земли не выкарабкаться. В одной
