Сериал «Экспансия» рассказывает о страшной войне, которая разворачивается на границах освоенного земным человечеством пространства. Не знал курсант учебного лагеря Галактического Корпуса Кирилл Кентаринов, что еще до окончания учебы ему придется сойтись в смертельной схватке с врагом.
Авторы: Романов Николай Александрович
стороны, насиловать он Марину Гладышеву не собирается. А проверить, чем она в сексуальном смысле дышит, все-таки надо! Как это может быть, чтобы влюбленная в парня метелка совершенно не ревновала его? Четыре планеты пришлось пройти для того, чтобы угомонить Ксанку, Сандру и остальных! Половину Мешка облетели!.. А тут на тебе! Подозрительно это!
И на следующий день он перешел к активным действиям.
Пока таскались по горам, приглядывался к близняшкам, решая, к кому из них подступиться.
С одной стороны, Марину уже можно считать пострадавшей стороной (хотя пострадал-то как раз Юраша Кривоходов) и стоило бы поберечь ее нервы; а с другой, для чистоты, так сказать, эксперимента, именно с нею и надо продолжать, так сказать, оперативную работу.
К вечеру он окончательно решил, что соблазняемой станет именно Марина. А с Кариной – будет видно!
После ужина он вызвал блондинку в учебный класс.
Конечно, здесь заниматься любовью было не слишком удобно, зато никто бы не подумал, что командир потащил сюда подчиненную именно с этой целью. Подумаешь, очередная воспитательная беседа… Да и посторонние в вечернее время зайти сюда не могли – учебные занятия давно завершены, по распорядку время совсем для других дел. Разве что дежурный по базе мог заглянуть, но какого дьявола ему тут могло понадобиться? Если только взяться ни с того ни с сего за изучение собственных обязанностей, которые он и так знал назубок!..
Едва Марина вошла в класс, он ее огорошил:
– Снимите мундир, ефрейтор Гладышева!
Удивленно распахнув глаза, она все-таки выполнила приказ. Обнажила бугристые мышцы.
Кирилл запер входную дверь.
В удивленных глазах метелки родилось понимание.
– А теперь снимайте футболку.
Марина выполнила и этот приказ.
Собственно, он уже не раз видел ее ананасы в казарме, но когда остаешься с девицей один на один, ее прелести почему-то оказывают несколько более возбуждающее воздействие. Ведь она раздевается для тебя и с целью, которая касается только ее и тебя!..
Тело у нее было гладкое, мускулистое и загорелое. Хорошее было тело, ладное. Такое только тискать да тискать…
– Догадываешься, зачем я тебя сюда позвал?
– Не дура, господин капрал! – Ефрейтор легонько фыркнула.
– И что думаешь по этому поводу?
Метелка тоненько захихикала:
– А что тут думать? В обязанности таких телохранителей как мы с сестрой входит и это. Вам я подчинюсь.
– А почему старшине Кривоходову не подчинилась?
– Я – не его телохранитель! И не обязана отвечать на его любовь!
– А на мою, значит, обязана?
Марина развела руками.
Мол, куда деваться?
Кирилл подошел и ткнул пальцем в ее грудь.
Упругая штучка!
Однако возбуждение почему-то не просыпалось. То есть просыпалось, конечно, но какое-то не то, стертое какое-то. Будто разбавленное водой спиртное… Не было ни малейшего желания завалить девицу на пол и в остервенении срывать с нее одежду, и вцепиться в талию, и пристроиться между бедрами… Ну, так, как это происходило наедине со Светланой…
А тут ничего – как будто рядом с ним стояла отлично изготовленная кукла.
Тем не менее Кирилл раздел ее донага и разделся сам.
Ниже пояса у нее все находилось в полном порядке. Ничего похожего на Мариэль Коржову. Нет, девчонка была человеком. Впрочем, у Мариэли тоже поначалу все было на месте…
Кирилл обнял Марину за талию и уложил ее на пол.
Метелка лежала перед ним, спокойная и неподвижная, будто манекен, и смотрела в потолок.
Нет, ярого желания заключить в объятия это юное тело по-прежнему не возникало.
Салабон с висючкой, вспомнил вдруг Кирилл. Но эта мысль не родила в нем ничего – ни давно забытой злобы, ни разочарования от собственной мужицкой несостоятельности.
Откуда-то вновь родилось ощущение, что перед ним лежит его собственная дочь, а он, вместо того чтобы защитить ее от посторонних насильников, хочет уестествить сам. Папаша хренов…
Конечно, таких случаев в мелодраматических клипах было хоть отбавляй, но подобные насильники никогда не казались Кириллу мужиками. Салабоны с висючкой, хоть кол у них вовсе не был висючкой…
– Ладно, ефрейтор, – сказал он. – Давай-ка одеваться.
– Вы меня не хотите? – удивилась Марина.
– Нет.
– А мою сестру?
– Она брюнетка, а я всю жизнь предпочитаю блондинок. Так что выводы делай сама.
Он говорил неправду, ибо Светлана была шатенкой, а Ксанка, к примеру рыжей, но разве это имело сейчас хоть какое-нибудь значение?
– Но когда
