Сериал «Экспансия» рассказывает о страшной войне, которая разворачивается на границах освоенного земным человечеством пространства. Не знал курсант учебного лагеря Галактического Корпуса Кирилл Кентаринов, что еще до окончания учебы ему придется сойтись в смертельной схватке с врагом.
Авторы: Романов Николай Александрович
борт «Юрия Долгорукого». Будем решать, что предпринимать дальше. Мы переходим на более низкую орбиту.
Впрочем, Кирилл и без сообщения контр-адмирала знал, что объект исчез – ТА тревога, которую он постоянно ощущал, находясь на Сюрпризе, пропала. Напрочь!
Видимо, и вправду – самое время возвращаться на линкор. Думается, насущные задачи выполнены. А что произойдет дальше – посмотрим.
– Какие будут приказы, командир?
Кирилл обернулся.
Перед ним стоял Фарат Шакирянов.
На бывшем поле боя уже вовсю хлопотали медики. Естественно, не всех же их гости положили насмерть. Раненых вытащат…
– Вот что, Фарат… Надо создать новые похоронные команды. Трупы гостей-то улетучатся, а наших собрать надо. Не оставлять же здесь.
– Слушаюсь, господин полковник.
– Выясни, сколько народу погибло и сориентируйся. Для перевозки тел возьми атээски – сколько потребуется. Только знаешь… Дай сначала людям отдохнуть. Погибшие потерпят, а о живых думать надо.
«Что я говорю? – подумал он. – Фарат и так все знает… И похоронные бригады давно существуют… У меня крыша не в порядке?»
– Я понимаю, командир. – Шакирянов попереминался с ноги на ногу. – Где Светлана?
– Убили Светлану, Фарат. – Кирилл скрипнул зубами, поскольку опять накатило.
– Прими мои соболезнования.
– И ты… – Горло перехватило, и пришлось сглотнуть. – И ты прими мои.
– Да ладно! – У Фарата судорожно дернулось лицо. – Как будто ты не в теме, по кому на самом деле сохла Ксанка. Я был для нее всего лишь бесплатным приложением к постели. В которой она всегда мечтала только о тебе.
Отчетливая злость сквозила в этих словах, особенно в словечке «сохла».
Начудил все-таки Кирилл с решением гаремных проблем… Ох, начудил! Но ведь он поступал так не для себя. Вернее, не только для себя… Как же они не понимают?!
Он не нашелся, что ответить. Но Фарат, судя по всему, в его ответе совершенно не нуждался.
– Тебе не кажется, Кент, что нынешняя битва – вовсе не тренировка? – сказал он. – На моей памяти первый случай, когда столько народу полегло… А если тренировка, то кого тут тренировали?
– Кто знает, Фарат… Кто знает… Сколько погибших?
– Очень много. Уцелело только процентов десять.
У Кирилла сжало горло.
Да, кол мне в дюзу. Это не тренировка, это побоище.
– Из наших кто уцелел?
– Ты. Я. А еще Сарк с Винокуровой. И Гусар. Вот и всё!
Кирилл с трудом сдержал стон.
Бл…дь! Не смог я всех защитить! Переоценил себя, кол мне в дюзу! Надо было их все-таки связать и убрать с поля боя подальше! Да только не куклы они, понимаете!
– Как погибли?
– Кто как… Одни по своим стали стрелять, других ксены убили. Сам можешь узнать…
Могу, бл…дь! Но не стану! Не всё надо узнавать…
– Хорошо, сам узнаю. А теперь извини, друг! Меня контр-адмирал к себе вызывает. Так что тебе распоряжаться тут.
– Распоряжусь, не беспокойся! Не первый год замужем! – Он по-прежнему кипел злостью. – Слушай, Кент… Я играл свою роль в этой игре, кто бы ее ни затеял. Потому что нам удавалось выживать. Твоя везучесть спасала нас всех. Но теперь все изменилось. Сомневаюсь, что впредь я смогу быть тебе другом. И даже соратником – вряд ли.
Потери продолжались, а ситуация оставалась неизменной. Спасибо парням хотя бы за то, что все эти годы они терпели такое долбаное положение…
– Благодарю за честность, Фарат. – Кирилл нашел в себе силы для шутки. – Надеюсь, в спину мне стрелять не станешь?
Кривая ухмылка тронула физиономию Шакирянова.
– Я в своих не стреляю. Не Эзка Дубинникова!
Все всё знали, и с этим ничего нельзя было поделать.
– Если начальство решит оставить здесь, на Сюрпризе, гарнизон, – продолжал Фарат, – то я бы остался. Конечно, если ты улетишь. А если решат оставить с гарнизоном тебя, я бы хотел улететь. Такая у меня к тебе просьба.
Ну ничего нельзя поделать… Ни с Шакиряновым, ни с собой.
– Я понял. Приложу все усилия, чтобы твоя просьба была выполнена. Всё, Фарат, меня ждут.
И Кирилл отправился к приземлившемуся неподалеку «кашалоту».
На капитанском мостике «Юрия Долгорукого» гнездилось радостное возбуждение.
Причина его стала понятной быстро, поскольку как только Кирилл доложил о своем прибытии, контр-адмирал с удовольствием пожал ему руку:
– Поздравляю, полковник, мы с вашей помощью победили на всех фронтах!
Остальные офицеры тоже принялись жать полковнику Кентаринову руку и хлопать по плечам.
Нашли чему радоваться! Иная победа – хуже поражения…
