Сериал «Экспансия» рассказывает о страшной войне, которая разворачивается на границах освоенного земным человечеством пространства. Не знал курсант учебного лагеря Галактического Корпуса Кирилл Кентаринов, что еще до окончания учебы ему придется сойтись в смертельной схватке с врагом.
Авторы: Романов Николай Александрович
верхней. В чем-то он был прав. По крайней мере, сейчас Кирилл убедился, что физические проблемы нижней головы вызывают проблемы и в верхней.
Между тем хозяйка кабинета встала.
— Вы свободны, капрал, — сказала она. — И вы, моя милая.
— Но… — прорычал Дог. — Он опасен.
Персефона вышла из-за стола.
— Такой милый мальчик вряд ли причинит мне какой-либо вред. — Артистка подошла к Кириллу и потрепала его по щеке.
Кирилл отшатнулся и застонал.
— Что такое? — удивилась Персефона. И тут же поняла: — Вы мучили его, капрал?
— Мне пришлось.
— Тогда он тем более не опасен. Вы свободны. — Взгляд, который она вперила в Дога, был холоден, как лед.
«Стылый…» — вспомнил Кирилл слово, которое произнес портье из «Сидонии».
— Вы рискуете, сударыня, — сказал Гмыря.
— Нет, это вы рискуете, капрал, — не согласилась рыжая.
Было слышно, как у Гмыри скрипят зубы. Наконец, он и Сандра убрались прочь.
Персефона обошла Кирилла кругом, как будто приценивалась. Голубые глаза смотрели внимательно.
— Ну-с, молодой человек, что же мне с вами делать? — спросила она все с той же холодной улыбкой.
— А что вы можете? — В ответ Кирилл попытался улыбнуться с сарказмом, но понял, что из-за ноющей боли в паху улыбка получилась не саркастическая, а жалостливо-кривая.
— Могу я много. Уничтожить вас, к примеру. Или сохранить вам жизнь. Чего бы вам больше хотелось?
— Если бы я сказал, что хочу смерти, вы бы мне все равно не поверили.
Актриса снова обошла его кругом. Будто обнюхивала. Так, вроде бы, суки обнюхивают кобелей. Или у собак кобели обнюхивают сук?… У людей-то по всякому бывает. Кому больше невтерпеж…
— Да уж, не поверю. — Персефона вернулась за стол. — Но для того, чтобы жить, нужно прилагать определенные усилия. Ничего не нужно только хладным трупам.
Кирилл мысленно поежился. И с большим трудом удержался, чтобы не поежиться реально. Попробуйте-ка держать хвост пистолетом, когда вам откровенно намекают на кладбищенский вариант. Да еще эта ноющая боль…
— Можно, я сяду?
Персефона кивнула:
— Можно, если вы ответите на пару вопросов.
— А если не отвечу?
— Если не ответите… — Она вновь поднялась со стула, приблизилась и обошла Кирилла кругом.
И к нему явилась вдруг совершенно идиотская мысль.
«Черт! — подумал он. — Как будто колдует… Пытается мне язык развязать, что ли?… Мусор летучий!»
Но нет, похоже, хозяйка кабинета просто пыталась убедиться, что ему и в самом деле больно, что он не прикидывается.
— Ладно уж, садитесь, — наконец сказала она.
Голос сочился равнодушием.
Наверное, оно было деланным, но таких нюансов женского поведения Кирилл сейчас не различал. Да они его и не волновали. Он медленно подошел к стулу для посетителей, осторожно сел, осторожно откинулся на спинку, осторожно поерзал, отыскивая позу, в которой боль была наименьшей. И вздохнул с облегчением.
— Вы странная… — он хотел сказать «баба», но язык почему-то произнес совсем другое слово: — …дама.
— Я же Персефона Калинкина. Актрисам свойственно быть странными.
Эта фраза почему-то разозлила Кента.
— Вы такая же актриса, как я церковный проповедник. Вас зовут Дельфина Громаденкова, и вы работаете в Институте вторичных моделей.
Дама вновь вернулась за стол.
— Оказывается, вы много знаете. Еще что-нибудь расскажете?
— Нет, не расскажу. — Кирилл изо всех сил старался, чтобы его голос звучал нагло. — А вот спросить — спрошу!
— Ну-ка, ну-ка… — На ее лице вновь появилась улыбка, но на этот раз вовсе не стылая.
Кирилл башню бы дал на снос, что улыбка эта стала добродушной. Почти материнской. Похоже, ему ничего не грозило.
— Скажите, Дельфина… Что вас связывает с капралом Гмырей? Что за секреты можно купить у лагерного офицера столь невысокого ранга?
Хозяйка кабинета продолжала улыбаться, и улыбка ее становилась все благодушнее. Кирилл разглядывал красивое лицо, пытаясь поймать за улыбкой напряжение, сведенную скулу, какую-нибудь бьющуюся жилочку у виска. Но ничего такого не было.
— Люблю юных нахалов, — сказала рыжая не без удовольствия в голосе. — У лагерного офицера тоже кое-что можно купить. К примеру, учебные планы, по которым легко оценить уровень подготовки курсантов и даже возможные пункты их командирования. А если купить план распределения выпускников, то эти пункты будешь знать абсолютно точно.
Эх, доставить бы ее к эсбэшникам, привезти туда же Дога, да и устроить им очную ставку. Это была бы хорошая работа…
Но не светят тут ни доставка, ни очная ставка.
Кирилл помотал головой.
