Экстрасенс

то тем самым Лева сообщал, что дело не свершилось бы само по себе, если бы патрон не приложил свою руку. Но с чем или на что «на все» советуют ему теперь соглашаться – Николай Николаевич так и не понял. Трудно представить, чтобы Лева и его патрон знали о нынешнем его назначении, к которому он, кстати, совсем не стремился.
И так же, как в первый вечер, спустя минут десять позвонил Бэр.
– Мистер Горюнов, я хотел бы выйти на последнюю в вашем городе небольшую сентиментальную прогулку. Вы могли бы составить мне компанию?
– С удовольствием, – ответил Николай Николаевич, одновременно двигая мышкой по коврику, чтобы выключить ноутбук.
– Я буду готов через пять минут.
– Я приду в ваш холл, мистер Бэр.
Выключать компьютер он передумал и набрал короткий ответ Леве:

«Спасибо. Привет патрону».

Прогулка была и в самом деле небольшой. Задул довольно сильный ветер, погнал в лицо снег, и Николай Николаевич порадовался, что эта метель не прихватила их в пути.
– Зайдемте ко мне в номер, – предложил мистер Бэр, – я хочу вас попросить об одном одолжении.
Они сбили на крыльце под навесом снег с обуви и снова вошли в холл.
– Ваш веселый директор подарил мне бутылку водки. Я думаю, сейчас самое дело ее попробовать.
Николай сходил в буфет за бутербродами и заказал чаю.
– Благодаря вам, я выполнил всю российскую программу, – проговорил мистер Бэр, накапав в стаканы по чайной ложке водки. – Если бы вы меня не помочили в озере, я бы не встретился с Мартой. И уже не говорю о той работе, которую мы с вами удачно проделали.
– За вас, мистер Бэр. Для меня было большим счастьем работать рядом с вами.
– Ну-ну. По-русски это называлось раньше заливать. Когда я увлекался, Марта повторяла мне: «не заливай!» Я вам тоже скажу: не заливай, мистер Горюнов!
Он порылся в своем рюкзаке, достал небольшой альбомчик и открыл его. В альбомчике были цветные фотографии самого Бэра в разные эпохи его жизни, а рядом с ним сидели, стояли, ехали на велосипеде, ловили спиннингами рыбу женщины разных возрастов и мастей. Одна была даже мулаткой.
– Это мои жены, дети и внуки. Здесь – вся моя жизнь после Марты. Скажу вам честно, мистер Горюнов, я слишком увлекался наукой и был небрежен со своими женами. Только недавно я понял, как был к ним несправедлив. И все они были достойнее меня.
Николай слушал эту неожиданную исповедь и не знал, что ответить.
– Я боюсь, что вы можете повторить мой опыт с жизнью. Вы сказали мне, что любите свою жену. Простите меня за совет, мистер Горюнов, но, только оставшись в безнадежном одиночестве, я понял, как важно уметь беречь свою жену и свой дом.
– Я это понимаю.
– Сейчас вы вернетесь к себе и позвоните жене?
– Обязательно.
– Передайте ей привет от одного пожилого джентльмена. И скажите, что этот джентльмен просит у нее извинения за то, что оторвал вас на несколько дней, но он постарается, чтобы по крайней мере на Аляске ваша семья была неразлучной.
– Спасибо, мистер Бэр.
– А этот альбом передайте Марте. Мне будет приятно знать, что у нее в избушке, – это слово он произнес по-русски, – есть и часть моей жизни.
– Обязательно передам.
– И помогите ей тоже сделать похожий альбом. Из ее фотографий. Пусть там будут ее муж, ее близкие люди. Я хочу, чтобы они присутствовали в моем доме.
С альбомчиком в руках Николай перешел по улице на свою половину корпуса. Уходя, он погасил свет. И когда вошел, в комнате на столе лишь светился слегка голубоватым светом экран ноутбука.
Рядом с компьютером лежала зеленая папка с секретными бумагами.
Это было, конечно, зря. Такие папки полагается прятать. Куда-нибудь под матрас или хотя бы под подушку.
Он решил опять подключиться к электронной сети и тут же получил очередное послание.

«Милостивый государь Николай Николаевич!
Сегодня Вам должны были сделать интересное предложение, связанное с Вашей работой. Мы осмеливаемся просить Вас его принять. Благодаря этому решению очень скоро Вы почувствуете значительное повышение уровня своей жизни по всем направлениям.
Возможно, в круг Вашего внимания попадет научно-производственное объединение „Астрея“. В этом случае мы надеемся на ваше доброжелательное к ней отношение.
С неизменным уважением
Ваш Лев».

Вот