Эльфийская трилогия

И, к удивлению Лоррина, его сестра немного побледнела.
Но ее ответ прозвучал довольно уверенно.
— Я… да, мне это приходило в голову, — тихо сказала эльфийка. — Я даже однажды попробовала — с птицей, которая уже и так умирала. Но только один раз.
Неужели? Это удивило Лоррина больше, чем все остальное, вместе взятое.
— Это не то умение, которым стоит пользоваться направо и налево, — только и сказала Шана; но по тому, как она это сказала, Лоррин понял, что память обо всех погибших во второй Войне Волшебников тяготит ее душу и будет тяготить всегда. — Но иногда…
Взгляд Шаны устремился куда-то вдаль, в пустоту, куда ему, Лоррину, никогда не докричаться.
— Иногда у тебя просто нет выбора. Если это умение позволит тебе спасти чью-то невинную жизнь…
Шана тряхнула головой и вернулась к действительности.
— Ну, как бы то ни было, вряд ли я попрошу тебя сделать нечто подобное… ну, скажем, с Джамалом. Он ведь пока что никому особого зла не причинил. А может, и не причинит. Возможно, он так напугается, обнаружив, что мы вдруг исчезли, что тотчас же развернет своих людей и отправится обратно домой. А возможно, к нему среди ночи явится его Первый Кузнец и скажет, что он плохо себя ведет. Всякое может случиться.
Рена кивнула. Видно было, что от последних слов Шаны на душе у нее заметно полегчало.
Меро успокаивающе похлопал ее по руке. Рена робко улыбнулась ему. Он ответил ей ободряющей улыбкой. И не отнял руки.
«Ух ты-ы!» — подумал про себя Лоррин. На миг в нем проснулся инстинкт защитника, обязанного оберегать сестру…
Но только на миг. А собственно, почему бы и нет? Разве хоть один чистокровный эльф держался с Реной так любезно и учтиво, как Меро, несмотря на то что они едва успели познакомиться? Быть может, он просто сочувствует ей…
«Ага. А мои Предки с обеих сторон вот-вот встанут из могил и провозгласят вечный мир между народами!»
Ну, а даже если это нечто большее, чем простая любезность’, — что с того? Какое ему дело? Судя по тому немногому, что он слышал о Меро, человек он хороший. А тот, кто так долго находится рядом с Шаной, разумеется, давно должен был избавиться от всех эльфийских предрассудков насчет женщин.
Но что скажет Шана? Интересно, она что-нибудь заметила?
Лоррин взглянул на Шану. Заметила, заметила. Она смотрела на соединившиеся руки Меро и Рены и чуть заметно улыбалась.
Так-так-так… Ну что ж, если Шана не против и даже одобряет это, кто он такой, чтобы вмешиваться?
«А может, все это вообще кончится ничем!» — напомнил он себе и вернулся к размышлениям об их нынешнем положении. Обо всем прочем будет время подумать потом, когда они вырвутся на свободу.
Мире была очень довольна ходом событий. В Цитадели старый Каэллах Гвайн потихоньку подкапывался под тех, кого Шана оставила управлять делами в ее отсутствие, — а те, кто был предан Шане, с каждым днем все больше впадали в растерянность. Мире бродила среди волшебников в облике бывшего раба-человека, стараясь не попадаться на глаза драконам, и сеяла сомнения и слухи. Может быть, Шана решила их бросить… Может быть, она попала в плен к эльфам… Может быть, она погибла в когтях какого-нибудь чудовища из тех, что бродят в глуши…

Мире аккуратно, исподволь внушала волшебникам мысль, что, так или иначе, Шана больше не вернется.
Каэллах Гвайн, старый лис, охотно подхватывал все подобные слухи и распространял их дальше. Денелору и главному волшебнику стоило немалого труда удерживать прочих в повиновении. При первой же реальной опасности единство волшебников разлетится вдребезги.
А что касается Джамала…
Мире снова поджидала его в том овраге. Во время прошлой встречи он еще не был готов взять ее в союзники, но драконица чувствовала, что он близок к этому. Он, видимо, выжидает, желая знать, чего хочет она. Что ж, вполне разумно с его стороны…
Глухой топот копыт предупредил драконицу о приближении Джамала. Мире приготовилась к длительной задушевной беседе. Она решила, что, если Джамал спросит, чего, собственно, добивается она сама, она скажет ему правду. Это он поймет.
Джамал появился из-за поворота, ведя в поводу боевого быка. Он остановился на почтительном расстоянии от драконицы.
— Я пришел, — коротко сказал он.
— Я тоже, — кивнула Мире. — Итак, военный вождь, я предложила тебе союз. Ты сказал, что тебе надо подумать. Ты подумал?
— Подумал.
Вождь свел густые брови.
— Ты не сказала мне, что этот союз даст тебе. А ведь сказано: «Союзник, который ничего не просит, захочет получить все». На такую сделку я не пойду.
Мире разразилась шипящим хохотом:
— Ты мудр, о вождь!