Эльфийская трилогия

но в матовом куполе появился витраж с абстрактным узором в красных, синих, фиолетовых и изумрудных тонах. Солнечный свет, проникая через стекла витража, отбрасывал на темно-синий, с золотыми прожилками пол цветные пятна — повторение того же самого узора.
Серина потеребила затканный золотом воротник. Интересно, что может означать эта перемена? Неужели лорд нако-нец-то устал от нежных тонов? Значит ли это, что он желает более ярких красок?
Легчайший шорох предупредил Серину, что в зале появился кто-то еще. Девушка стремительно обернулась.
На пороге стоял лорд Диран и наблюдал за ее реакцией. Лорд был одет в цвета своего дома. Складки шелковой туники изящно уложены, одна рука на бедре, другая — на изукрашенной драгоценными камнями рукояти кинжала… Ястребиное лицо лорда было непроницаемо спокойным, но Серина прочла в его взгляде некий интерес. Похоже, лорду было любопытно, как Серина восприняла произведенные им изменения.
Девушка тут же склонилась в глубоком реверансе. Юбка кольцом улеглась вокруг — Серина словно опустилась на колено в лужу собственной крови. Так она и застыла, склонив голову и уставившись на бархат платья. Медленные шаги эльфа подсказали ей, что Диран приближается.
— Ты можешь встать, мой лебедь, — снисходительно произнес бархатно-мягкий голос.
«Мой лебедь! — возликовала Серина. — Он назвал меня «мой лебедь»! Лорд возвысил меня!»
Девушка повиновалась. Она выпрямилась так же медленно и изящно, как и склонялась в поклоне. Ее взгляд скользил снизу вверх: бордовые замшевые туфли, мускулистые ноги, обтянутые узкими кожаными брюками, небрежно расстегнутая туника, золотой узор воротника… Выпрямившись во весь рост, Серина не стала оставлять голову покорно склоненной. Вместо этого она вздернула подбородок и взглянула прямо в изумрудные глаза лорда.
— Да, твой дух полон огня, — хмыкнул лорд. Его тонкие губы растянулись в улыбке. — Мне это нравится. Ты носишь мои цвета в надежде обольстить меня, мой лебедь?
— Что же еще может быть моей целью, господин мой? — немедленно отозвалась Серина. — Разве я могу думать о чем-то другом, кроме как служить вашему удовольствию?
— И ты действительно будешь служить моему удовольствию? — Не дожидаясь ответа, лорд притянул девушку к себе и впился губами в ее губы.
Но Серина обдумывала этот момент с той самой секунды, как оказалась в гареме. Ровейна отпрянула бы с притворной застенчивостью и немного поборолась бы, изображая скромность. Серина же не стала делать ни того, ни другого. Вместо этого она всем телом прижалась к лорду и страстно ответила на поцелуй, а ее руки скользнули по телу Дирана — в соответствии с полученными уроками. Она не знала, что чувствует лорд, но, когда Диран отстранил девушку на расстояние вытянутой руки, в чреслах Серины полыхал огонь.
Диран выглядел таким же холодным и расчетливым, как и прежде. Он встряхнул головой — длинные бледно-золотые волосы рассыпались по плечам, — отпустил Серину, потом с улыбкой потрепал ее по щеке.
— Вчера за ужином лорд Этанор похвалил Ровейну, — после долгой паузы произнес Диран. — Я подарил ее Этанору.
Серине понадобилось несколько секунд, чтобы эти слова дошли до ее сознания. Когда же она поняла, то вспыхнула от безумной догадки и, не смея произнести ни слова, уставилась на лорда.
— Ты усердно служишь мне, а такое усердие следует вознаграждать, — продолжил Диран, увидев, что девушка поняла его. Потом он протянул ей руку. — Пойдем, мой лебедь. Я хочу показать тебе твое новое жилище. А потом — через должное время — мы сообщим прочей стайке о твоем новом статусе. Ну как?..
Серина задрожала от возбуждения и предвкушения. И немного — от страха. Поговаривали, что у лорда Дирана весьма своеобразные вкусы…
Но ее готовили к этому. И в обмен на выполнение его требований она должна была получить роскошную жизнь и влияние. Да и не станет он причинять вреда ценной наложнице, сумевшей развеять его скуку.
Лорд ожидал ее ответа.
— Через должное время, — произнесла Серина, вкладывая свою руку в руку лорда. — Конечно же, мой господин.

На краткий миг Серина снова пережила это ощущение триумфа. Потом она снова вернулась в настоящее, где ее тело продолжало плестись вперед, шаг за шагом, словно раб под ментальным контролем.
Каждый дюйм незащищенной кожи горел огнем — Серина никогда прежде не знала такой боли. Как тяжело думать… Как тяжело помнить, кто она такая и почему она должна продолжать бороться за жизнь.
«Я — Серина Даэт, дочь… дочь… Джареда Даэта, наставника гладиаторов лорда Дирана…»

Маленькая Серина пристроилась