Эльфийская трилогия

лорды были чересчур умны — почти как она сама, — и любой тут же поместил бы ее в столь стесненные условия, что даже для того, чтобы вести прежний, устраивающий ее образ жизни, Триане понадобился бы весь ее ум и энергия. Что же касается молодых лордов, сохранивших верность своим повелителям…
…нет уж, она не желает нянчиться с каким-нибудь зеленым юнцом, не умеющим работать, не интересующимся ничем, кроме развлечений, и не имеющим никаких честолюбивых устремлений. Лучше уж усыновить подобного молодого недоумка, чем выходить за него замуж. Тогда, по крайней мере, можно будет обращаться с ним как с ребенком — каковым он, в сущности, и является.
А потому, угодив в опалу, Триана принялась выращивать и обучать особую разновидность рабов, отличающуюся необычайной красотой и искусностью. Покупатели выстраивались в очередь за ее декоративными мальчиками и мужчинами. В конце концов, никто лучше Трианы не знал, как сделать мужчину и красивым, и полезным. Красивых рабынь на продажу разводили и обучали многие эльфийские лорды — да хоть тот же Аэлмаркин, — но единственным поставщиком мужчин была Триана. Иногда их приобретали лорды, но основными покупательницами были леди, — хотя, конечно, ни одна благовоспитанная леди никогда бы не подала виду, что ей вообще известно о существовании подобных рабов. Конечно, леди были связаны и законом, и обычаями, и подобные покупки приходилось припрятывать — но никто ведь не запрещал леди ездить в гости друг к дружке!
Вот Триана, скажем, всегда ездила в гости с небольшой свитой обученных рабов.
Ну а когда они уже были в поместье, леди-хозяйка без труда могла кого-нибудь из них перекупить, если только ей этого не запрещали строго-настрого: достаточно было велеть управляющему переслать управляющему Трианы требуемую сумму, и он не посмел бы возражать. А затем рабы попросту растворялись в штате домашних слуг; они поступали в услужение к леди, и никогда — разумеется, никогда! — не попадались на глаза хозяину дома. Провернуть подобную операцию было нетрудно, ибо рабов закупали даже те поместья, которые сами занимались их выращиванием: иногда требовались какие-нибудь специфические умения, или в поголовье возникал дисбаланс из-за того, скажем, что рождалось слишком много женщин и слишком мало мужчин, или наоборот. И рабы, тщательно обученные Трианой, благопристойно обозначались как «домашняя прислуга».
Через порог приемной шагнул один из рабов Трианы в полу-ночно-синей ливрее с отделкой из тусклого серебра. Триана подняла голову и кивнула, показывая, что поняла безмолвный сигнал. Мгновение спустя в комнату вошел второй раб. За ним по пятам следовал Аэлмаркин.
— В’кель Аэлмаркин эр-лорд Торнал, моя леди! — провозгласил раб.
Аэлмаркин вошел в приемную, двигаясь небрежно и неспешно. Рабы тут же исчезли, повинуясь кивку Трианы.
— Аэлмаркин! Как я рада тебя видеть! — тепло произнесла Триана. — Прости, что я не встаю, чтобы приветствовать тебя как полагается, но ты же видишь — ты застал меня в самый разгар хозяйственных хлопот.
Аэлмаркин, конечно, знал, что Триану должны были заранее предупредить о том, что он подъезжает, и что при желании у нее было более чем достаточно времени, чтобы отложить «хозяйственные хлопоты», и Триана знала, что он это знает, и Аэлмаркин знал, что она знает, что он это знает, и обоих это знание вполне устраивало. Аэлмаркин осмотрел кресло для гостей, прежде чем усесться в него, и, похоже, не удивился, заметив, в какое невыгодное положение оно его ставит.
— Мой треклятый кузен покрыл себя славой, — проворчал Аэлмаркин. В приемную неслышно проскользнул раб, поднес Аэлмаркину вина и так же неслышно удалился. — Надеюсь, ты преуспела более меня. Если его повергнешь ты и в результате я проиграю пари, я буду только счастлив.
Триана загадочно улыбнулась.
— Ты уже понял, что тут прежде всего необходимо избавиться от матери Киртиана — или так настроить его, чтобы он поставил ее на место?
Надо отдать ему должное, Аэлмаркин был неглуп. Он выпрямился — ну, насколько позволяло кресло.
— Так, значит, там командует леди Лидиэль? Я так и думал! Хотя чему тут удивляться? Раз она так долго единовластно правила поместьем… — недовольно буркнул он. Вероятно, он еще добавил бы, что нечего вообще давать леди такую власть, — но заявлять такое в присутствии Трианы было бы, мягко говоря, невежливо.
— Но сейчас, как мне думается, самое время для лорда Киртиана занять место главы поместья, принадлежащее ему по праву, — отозвалась Триана, внимательно изучая свои безукоризненно отполированные ногти. — И мне кажется, что после всех этих побед, одержанных на поле боя, он не потерпит, чтобы его и дальше не подпускали к власти в собственном