Эльфийская трилогия

и, вероятно, по сравнению с их наложницами эти рабыни казались невзрачными, словно девушки для полевых работ. В общем, для них эти рабыни были не более чем живым предметом обстановки, что безмолвно прислуживает за столом, не требуя дополнительных указаний. Приятная мелочь, свидетельство заботливости и предусмотрительности хозяйки дома — и не более того. Лорды ели и беседовали, не обращая ни малейшего внимания на девушек, как будто их здесь и не было. А девушки были хорошо вышколены, хоть их, конечно, и не обучали с такой тщательностью, как мужчин-рабов. Они исполняли всякое желание своих временных хозяев прежде, чем те сами успевали его осознать, подливали вино в кубки после каждого глотка и заменяли блюда, как только горячее кушанье начинало остывать или холодное — согреваться.
У Трианы пары не было, и ела она очень мало. Гости уже достаточно расслабились, чтобы начать беседовать о делах Совета, и Триана ждала, пока разговор дойдет до лорда Киртиана. Гилмор развлекался со своей наложницей. Старшие не обращали на него внимания.
Первым эту тему затронул лорд Киндрет: принялся описывать последствия решающей битвы, завершившейся разгромом молодых лордов.
— Ну и где же эти мерзавцы? — нахмурившись от сдерживаемого гнева, поинтересовался лорд Вендерлит. — Пленные — сплошь одни рабы!
— Разбежались, как вспугнутые перепелки, — только они, в отличие от перепелок, уже не собьются обратно в стаю, — отозвался лорд Киндрет. — Я так думаю, что каждый из них успел подготовить себе нору за то время, пока они морочили нам голову, — вот теперь они и забились в свои норы. Сколько времени и силы вы готовы потратить, чтобы выковырять их оттуда?
— Боюсь, куда меньше, чем это займет на самом деле, — сухо произнес лорд Вандриен.
— Да, это потребует немалых усилий, — согласился лорд Киндрет. — С каждой охотничьей командой придется посылать кого-нибудь из лордов, причем такого, чья верность не вызывает сомнений и которого не купишь и с толку не собьешь. Людей-рабов слишком легко одурачить или совратить.
Лорд Вендрелин покачал головой. На лице его было написано отвращение.
— Предки! Нам либо придется выслеживать их по одному…
— И тогда это затянется до бесконечности, даже по нашим меркам, — негромко вступила в разговор Триана.
— …или выгрести из наших поместий всех надсмотрщиков. Ни то, ни другое практически не осуществимо, — кивнув, закончил мысль Киндрет.
Триана, видя, что никто не спешит ее одернуть, вставила очередное замечание:
— Но разве они не наказывают сейчас себя сами?
Эта реплика тут же привлекла внимание великих лордов.
— Какая любопытная мысль, моя леди! — произнес лорд Арентьеллан. В глазах у него светился живой ум. — Не могли бы вы развить ее?
— У них осталось в лучшем случае по рабу на каждого. Ну пусть по два. Они не посмеют собираться вместе — разве что по двое-трое. У них нет пристойных жилищ — пристойных в нашем понимании, конечно; думаю, у них даже охотничьих домиков не найдется. Они, видимо, вынуждены сейчас жить в пещерах или каких-нибудь примитивных хижинах. Чтобы добыть пищу, им приходится воровать, охотиться, собирать плоды — самостоятельно или при помощи тех одного-двух рабов, что у них остались. — Триана рассмеялась. Смех получился грудным и чуть хрипловатым. — Вы только представьте себе, как они в этот самый момент сидят где-нибудь в глуши, у костра, едят пригоревшее мясо или дрожат от холода в своих жалких шалашах. — Триана очаровательно улыбнулась. — Лично я не в силах придумать наказания страшнее — жить, словно какой-нибудь дикарь, и знать, что у тебя остался один-единственный способ поправить ситуацию: приползти на брюхе и попросить прощения.
Все пять великих лордов изумленно уставились на Триану. А потом лорд Киндрет разразился хохотом, и остальные присоединились к нему. Гилмор на миг поднял голову, посмотрел на них без особого интереса, потом снова занялся наложницей.
— Клянусь Предками, моя леди, вы совершенно правы! — с восхищением произнес лорд Арентьеллан. — Мой паршивый выродок сейчас наверняка радуется какому-нибудь пригоревшему кролику и воде из ручья!
— А что там с армией, Киндрет? — спросил Вандриен. — Если война окончена, пора ее расформировывать.
К тайной радости Трианы, остальные лорды согласно загудели.
— Ну, это следует решать Совету, — возразил Киндрет. — И к тому же нельзя забывать о волшебниках.
— И то правда… — пробормотал Вандриен.
— Которых мы неизбежно переживем, — негромко заметила Триана. — Они же наполовину люди по крови — а значит, должны жить намного меньше нас. А теперь они примутся скрещиваться между собой и вскорости так разбавят кровь, что станут не долговечнее