Элитная семерка

наказали за нарушение, — стал рассуждать Роберт, — однако не настолько строго, как других студентов… Опять же не стоит забывать, что он из Семерки, а к ним тоже более лояльное отношение…
— Но это несправедливо! Закон должен быть одинаков для всех! — я с грохотом взяла поднос со специальной стойки. За время разговора мы успели зайти в столовую и занять очередь за едой. Аннети стояла далеко впереди нас, но мы решили не пристраиваться к ней: пусть продолжает дуться, скоро отойдет…
— Не будь идеалисткой, Лора, — усмехнулся Роб. — Мы все рождаемся в неравных условиях… Одни на шелке, другие на мешковине… И у кого, как думаешь, больше прав?
— А ты философ, я смотрю, — фыркнула я.
— Что будете? — спросила меня миловидная девушка за стойкой с едой. Судя по миниатюрной фигуре и необычному лиловому оттенку глаз, она была из нимф. — Есть мельветовая каша, омлет, яйца по-торкански, запеченная тыква… Оладьи с кисличным джемом, сливочным кремом, горячим шоколадом…
— Мне бекон и яйца по-торкански, — перебил ее Роб и широко улыбнулся.
Мои же глаза разбежались от такого обилия блюд, но в конце концов я все же выбрала оладьи с кисличным джемом и какао. Ничего, успокоила себя, надеюсь, у меня впереди еще много таких завтраков, и я смогу попробовать все…
— А какая магия у Мортона? — вернулась я к нашему разговору уже на пути к столику, где сидела Аннети.
— Высшая? Изменение размеров пространства и предметов, — ответил Роб. — Любой структуры. Пока он самый младший из всей Семерки, вошел в нее только в прошлом году, сейчас он на третьем курсе, поэтому потенциал его способностей не развит в полной мере. В перспективе, как я слышал, он сможет уменьшать или увеличивать даже природные объекты, вплоть до материков. Да, людей это тоже касается… Но пока можешь его не бояться, — друг усмехнулся. — До такого уровня ему еще расти и расти. И в Семерку он смог войти не столько из-за силы своей магии, как из-за ее редкости. Впрочем, у них там у всех высшая магия редкая… А в плане стихий, Мортон молниевик. И в этом он силен, тут ничего не отнять. Да, и он тоже на боевом факультете…
Сегодня за завтраком уже не было деления по курсам и факультетам, и все студенты сидели кто с кем хотел. Поэтому мы заняли один столик вместе с Робом. Аннети уже отошла от своей обиды и с восторгом обсуждала ассортимент блюд и их потрясающий вкус.
— Теперь, Лора, самая сложная задача для нас — не потолстеть! — заявила она, запихивая в рот очередной пончик. — Иначе нас никто не возьмет замуж!
— Возьмет! — на свободный стул рядом с ней с размаху сел Тим и украл у нее с тарелки еще один пончик. — Например, я. Я тощих не люблю.
— Ты будешь последним, за кого я выйду замуж, — проворчала Аннети, отодвигая от него тарелку. — Явился не запылился…
— Эй, что за встреча, Анни? — Тим в ответ лишь смеялся. — Где улыбки, где объятия, где слезы радости?.. Мы не виделись целых восемь… Нет, уже восемь с половиной часов!
Они продолжали свою безобидную перебранку, к которой охотно подключился и Роб, а мой взгляд случайно скользнул на единственный стол, стоящий отдельно ото всех, за которым собрались пятеро из семи лучших студентов Академии. Двое, как мы уже успели заметить, ушли, остальные же пока продолжали завтракать. И все бы ничего, но некоторые из них с интересом поглядывали на меня. Например, близняшки. Они улыбались и о чем-то переговаривались между собой. Неужели обо мне? А наглый Алекс глазел более открыто, а потом — о, боги! — подмигнул мне! Да-да, я четко это видела и безумно смутилась. Отвела глаза, но успела заметить на себе и изучающий взгляд Вэйтона Тайлер. Лишь одна Джулиана, кажется, была занята только содержимым своей тарелки. Ела медленно, тщательно пережевывая каждый кусочек, и ни на кого не обращала внимания.
Но чем же я обязана вниманию остальных? Неужели теперь вся Семерка знает, чем я отличилась вчера у озера? Похоже, обещание Джулианы молчать не распространялось на ее приятелей из Семерки…
Ох, великий Алвей, в чем я так провинилась перед тобой?..

Фидж Даротт, декан факультета Магической теории, явился на лекцию с некоторым опозданием. Прошел к кафедре и поднял руку, призывая студентов замолчать и обратить на себя внимание. Всех первокурсников разделили на две группы, и в этой большой светлой аудитории нас сейчас было чуть меньше полусотни. Я обрадовалась, когда увидела среди одногруппников Эрика и не нашла Диану. И это, пожалуй, можно было приравнять к удаче: терпеть высокомерие последней, особенно после знакомства с Шином и Мортоном, не было уже никаких моральных сил. Чего не скажешь про Эрика: открытый,