Элитная семерка

точно, но где? Глаза постепенно привыкали к темноте, и я с тревогой начала понимать, что это никак не моя комната. Совсем рядом тихо скрипнула, всколыхнувшись, кровать. Я резко обернулась и встретилась взглядом с Вейтоном.
— Какого демона? — тут же в испуге подскочила я. — Где я? Который час?
— Ответ на первый вопрос: в моей комнате. Ответ на второй вопрос: если не ошибаюсь, начало первого, — он приподнялся на локте и подпер щеку ладонью.
— Общежитие… — простонала я, обхватив голову руками. — Я опять опоздала! Я что, заснула?
Вейтон, усмехнувшись, кивнул.
— И ты меня не разбудил? — я в возмущение уставилась на него.
— Но ты так сладко спала…
— И что? Ты знаешь, что мне надо в общежитие! Или ты специально не разбудил меня?
— Я пытался, — отозвался он, но не очень убедительно. Еще и ухмыляется, зараза!
— И почему я оказалась в твоей комнате? Почему не у Джулианы? — с вызовом поинтересовалась я.
— Джулиана взяла с меня клятву, что я тебя и пальцем не трону. Она у нас ярая поборница морали…
— То есть без клятвы ты меня бы тронул? — я, продолжая кипеть от возмущения, скинула с себя одеяло. Одета, хвала богам!
— Нет. Я тоже… этот… поборник… Честно, — Вейтон включил свет, и я уже четче увидела его улыбку. И то, что он тоже был одет. Дважды хвала! А то с него станется…
— Куда это ты собралась? — лицо Вейтона изменилось, когда я выбралась из его кровати, такой же, к слову, огромной, как и у Джулианы.
— Подальше от тебя, — проворчала я, пытаясь найти свою обувь.
— Поточнее?
— Хотя бы к Джулиане!
— Она спит, и ты ее уже точно не добудишься, — он наблюдал за моими поисками все с той же усмешкой.
— Тогда в гостиную, на диван. Да хоть под лестницу.
— В таком случае, — Вейтон тоже начал подниматься, — мне придется спать там же…
— Это еще зачем? — хмыкнула я. Ботинки наконец были найдены, и принялась шнуровать их.
— Затем, что кто-то может спуститься и увидеть тебя там. Алекс, Мортон, Шин, в конце концов …
— На мне же твой рояльт, — напомнила я. — Меня никто не тронет…
— Достаточно, что кто-то будет глазеть на тебя спящую. А это могу делать только я, — Вейтон уже стоял рядом и грозной скалой нависал надо мной. Правда, улыбка так и не сошла с его лица.
— А мне не хочется, чтобы кто-то видел, что я ночевала у тебя… Потом будут считать, что я такая же, как и остальные, — я выпрямилась и приосанилась, чтобы быть чуточку повыше.
— Что за «остальные»? — он вздернул бровь.
— Которые ночевали у тебя здесь раньше. Девушки, конечно же, — выпалила я. — Сколько их было, что никого из живущих здесь это не удивляет?
— Какие девушки? — улыбка Вейтона была уже недоуменной. — Кого не удивляет?
— Например, Мэг, — от воспоминаний во мне вновь взметнулась ревность. — Она увидела меня, когда я прошлый раз уходила от вас утром, и сразу спросила, у тебя ли я ночевала. Будто это само собой разумеющееся. Будто не я первая, не я последняя.
Вейтон коротко засмеялся, затем наклонился ко мне совсем близко, что наши носы почти касались друг друга:
— Запомни, ты — первая, которая ночуешь в моей комнате. И ты уж точно последняя. А Мэг — болтушка, и уж точно имела в виду совсем не то, что ты подумала. Можешь спросить у нее сама.
— И спрошу, — отозвалась я уже без прежнего запала.
— Спроси, — Вейтон усмехнулся и быстро поцеловал меня.
— Эй, — я отшатнулась и отступила на шаг, но тут же уперлась в кровать. — Ты говорил, что пальцем меня не тронешь, — напомнила с напускным возмущением.
— А я пальцем и не трогаю, — он развел руки в стороны и снова поцеловал меня.
— Так нечестно, — я опят увернулась, решив держаться до конца. Даже если очень хотела поцеловать в ответ. — Мало ли…
— Никаких «мало ли» не будет, — Вейтон со смехом усадил меня на кровать, потом опустился передо мной на колени и стал снимать с меня ботинки. — До свадьбы ни-ни, ясно? Даже не проси…
— Что значит «не проси»? — выдохнула я. — До какой свадьбы?
От растерянности я не заметила, как снова оказалась под одеялом, а Вейтон лег рядом, только поверх покрывала.
— До нашей, — спокойно ответил он. — Или ты против? — теперь улыбались только его глаза.
— И когда ты это решил? — мой голос стал тише.
— Наверное, сразу, — Вейтон провел пальцем по моему рояльту, затем двинулся выше, очерчивая линию моего подбородка, затем губ… — А может немного позже. Не знаю… Мне всегда было тяжело понять себя, признаться себе… Облечь чувства в слова… Ты тоже считаешь мой рояльт красивым? — вдруг спросил он уже совсем серьезно.
Я робко улыбнулась и кивнула.
— Очень, — прошептала я и провела рукой по его