В Королевскую Академию мечтают попасть многие. Мне, Лорейн Гамильтон, тоже посчастливилось стать ее студенткой, однако все, на что я могу рассчитывать как сирота — «бытовой» факультет для слабых магов и неудачников. Но способности, проснувшиеся в самый неподходящий момент, и внезапное внимание со стороны элиты Академии вносят в мою жизнь настоящий хаос. Лидер Элитной Семерки — Вэйтон Тайлер, маг Льда с холодным взглядом, но горячим сердцем. В него трудно не влюбиться, и еще труднее забыть. И он, кажется, знает, кто убил мою мать.
Авторы: Ольга Дмитриевна Иванова
на меня удивленный взгляд, а Джулиана подобралась, явно в ожидании обвинений в порочности. Я же, сделав паузу, пожаловалась: — Он храпел всю ночь.
Брови Вейтона поползли вверх, а Джулиана, кажется, наоборот, расслабилась:
— И все? — все же уточнила.
— А что еще? — я сделала непонимающее лицо.
— Ничего, — Джулиана наконец улыбнулась. Но проводила нас серьезным задумчивым взглядом.
— Жди в скором времени лекции на эту тему от Джу, — сказал мне со смехом Вейтон, когда мы спустились на первый этаж. — И мне это еще тоже предстоит.
— Не думала, что она столь строга в этом, — мне опять стало неловко говорить с ним такую тему. Впрочем, как и с Джулианой.
— У нее отец очень, даже чересчур, строгих правил, и она переняла это у него. Единственное, в чем расходились одно время их взгляды — это выбор ее специальности. Но Джулиане удалось отстоять свое мнение, и теперь он тоже поддерживает ее. А в остальном… Ты даже не представляешь, как она чихвостит постоянно Алекса, который не утруждает себя постоянством с женским полом. Мэг тоже достается иногда за излишнее кокетство. Джулиана и Шину с Мортоном не боится высказать все в глаза.
— А тебе? — полюбопытствовала я, вздернув бровь.
— Как видишь, теперь и я попал под ее всевидящее око морали, — Вейтон сделал удрученное лицо. — Впрочем, как и ты, невинное дитя…
Я фыркнула и поспешила к двери: в общежитии меня ждало еще одно такое око морали. Но Аннети и в этот раз повела себя спокойней, но без сарказма в тоне все же не обошлась:
— А кто-то утверждал, что вернется к ночи.
— Я случайно заснула и… Проспала, — сказала я почти правду.
— У Джулианы опять ночевала? — спросила меня Анни сама.
— Да, — охотно поддержала я этот вариант.
И кузина, к счастью, больше не поднимала эту тему.
— А твои родственники приедут? — поинтересовалась я как-то у Эрика, когда до Родительского дня оставались считаные дни.
— Нет, никто не сможет, — ответил он, не отрываясь от конспекта, где делал какие-то пометки.
Эрик был уже третьим из моего окружения, кого в этот день не навестят близкие. Также не приедет отец к Джулиане, но она относилась к этому с пониманием: ему, простому кузнецу из глубинки, будет неуютно в окружении разряженной аристократии и буржуа. К тому же, Джулиана собиралась на каникулах съездить к нему сама и провести с ним эту неделю.
Похожая ситуация была и у Вейтона.
— Мама не любит сюда приезжать, — объяснил он мне. — Да и виделись мы с ней недавно, и скоро опять встретимся на каникулах.
— А отец? — я долго обходила эту тему, не зная, как деликатней к ней подойти. Я-то ему давно рассказала все о своих родителях и тете, а вот он почему-то всегда говорил только о матери, и никогда об отце. И вот в преддверии такого дня все же решилась на этот вопрос.
— Отец?.. — Вейтон замялся, вновь не особо стремясь отвечать. — Нет, он тоже не приедет.
— Вей, он жив? — я попыталась перехватить его взгляд. — Ты не хочешь со мной этим поделиться? С ним связано что-то неприятное?
— Он жив, да, — ответил Вейтон наконец. — Но он никогда не жил с нами.
— Он не знает о твоем рождении? О тебе? — догадалась я. Так вот в чем дело! Теперь понятно, почему ему так не хочется обсуждать это. — Извини, мы можем закрыть эту тему и больше никогда не поднимать, — торопливо добавила я.
— Нет, он знает обо мне, — ответил Вейтон уже спокойней. — Но виделись мы всего несколько раз. Это ты извини за мою реакцию, мне не хотелось от тебя что-то скрывать, просто это все совершенно неважно. Тема действительно даже не стоит обсуждения. Ситуация банальна… Многим я вообще говорю, что он умер. А так…
— Значит, забудем обо всем, — я с улыбкой погладила его по щеке. — А домой на каникулы поедешь?
— Если ты уезжаешь, то и я съезжу, — ответил он, согревая мои ладони между своими. — Даже Алекс сбегает от своей матушки к дяде в Гронхвильд.
Узнав недавно семейную историю Алекса получше, я уже не удивилась его такому решению. Оказывается, профессор Райт постоянно душила его своей гиперопекой, пытаясь контролировать каждый шаг. С чем Алекс постоянно сражался и пытался отвоевать свободу. Профессор Райт отслеживала всех его друзей, девушек, регулярно наведывалась к нему в комнату, расспрашивала о нем и его поведении у коллег преподавателей и не стеснялась устроить взбучку на людях.
— Алекс думал, что сможет сбежать от нее и укрыться в Семерке, обретя таким образом самостоятельность и престиж, но мать его и это не остановило, — поведал мне по секрету Вейтон, после очередного публичного скандала семьи Райт.
