Элитная семерка

Возможно, подумала я тогда, миссис Райт вела себя так потому, что рано стала вдовой и всю свою нерастраченную заботу и любовь теперь выливала на единственного сына. А заодно и на своих подопечных студентов.

Тетя с дядей прибыли к обеду, и мы с Аннети, как и другие студенты, встречали их во дворе у главных ворот. Тетя Присцилла долго нас обнимала, тискала и все всматривалась, не похудели ли мы. Дядя был, как обычно, более сдержан, а его эмоции выдавали лишь подрагивающие усы и радостный блеск в глазах.
— Здравствуйте, миссис и мистер Роуд, — поприветствовали моих родственников проходящая мимо чета Остеров, родителей Роба.
— И вам добрый день, — натянула улыбку тетя Присцилла, а дядя склонил голову.
— Уже виделись, — проворчала тетя потом, — вместе же в поезде ехали.
— Потише, мама, они же могут услышать, — одернула ее Аннети, но внезапно запнулась на полуслове, а взгляд ее устремился к воротам, у которых остановился роскошный, даже слегка вычурный, крытый экипаж. Первой из него вышла красивая дама в белом меховом манто и длинном струящемся платье, за ней появился высокий блондин тоже в шубе из дорогого изысканного меха серебристой агары. В надменном, самодовольном лице этого мужчины улавливались знакомые черты, и только когда среди студентов и их родителей стали раздаваться восторженные вскрики, я поняла, кто это.
— Да это же сам Брэд Шин! — воскликнула моя тетя в том числе. — Чарльз, гляди же! Глазам своим не верю!
А Брэд Шин между тем уже медленно шел под руку с дамой, видимо, супругой, и одаривал улыбкой своих почитателей, которые стекались к нему, чтобы высказать свое восхищение. Кто-то, подсуетившись, уже протягивал ему блокноты, тетради или просто клочки бумаги, чтобы взять автограф. Шин иногда останавливался, чтобы со снисходительной улыбкой поставить свой росчерк, и плыл дальше. Жена его тоже счастливо улыбалась, купаясь в лучах славы супруга. Самого Нэйджа я увидела позже, когда его отец вместе с толпой поклонников ушел далеко вперед, к главному корпусу. Он опустошенным взглядом провожал родителей, и его красивое лицо, так похожее на отца, застыло, словно каменное.
— Может, и мы попросим автограф? — запоздало предложила дяде тетя.
— Не стоит, — остановила ее я. — Пойдемте, мы вам покажем наше общежитие… Аннети?
— Да? — та очнулась от своих мыслей и рассеянно глянула на меня.
— Мы идем смотреть общежитие, — повторила я.
— Да, идем, — кивнула она и поспешила за нами.
После знакомства с нашей комнатой мы еще немного погуляли по территории, после чего тетя с дядей отправились в главный корпус, где должно было состоятся небольшое собрание для родителей, а по окончании него можно было пообщаться с деканами и ректором лично. Мы с Аннети остались ждать их на крыльце.
— Надеюсь, это ненадолго, — сказала Анни, обхватывая себя за плечи. — А то мы замерзнем…
— Старшие курсы говорят, что обычно все длится минут пятнадцать-двадцать, — ответила я, усмехаясь. — Так что замерзнуть не должны…
— Не понимаю, зачем мы вообще сюда явились? — раздался внезапный возглас за нашими спинами.
Из главных дверей вылетела дама в шубке до пят, не менее дорогой, чем у матери Шина. А вот сама женщина была не так красива, пусть и тонкие черты лица выдавали в ней истинную аристократку. За ней шел такой же недовольный худощавый мужчина с залысинами, в черном строгом пальто и тростью с золотым набалдашником в форме птичьей головы.
— Чтобы нас унизили? Да кто такой, этот ректор? Как он мог вообще выговаривать нам подобное? — продолжала женщина.
— Я разберусь с этим, — сухо отвечал ей мужчина.
— Вот и разберись! Это не должно получить огласку! Не должно дойти до короля! — женщина продолжала злиться. — Да как этот мальчишка мог так нас опозорить? От него сплошные проблемы. Лучше бы он не рождался! Наследник, называется… — в ее голосе слышалась такая ненависть, что даже мне стало не по себе.
— С ним я тоже разберусь, — процедил мужчина. — Пусть только приедет на каникулы. Выдам ему розог.
— Именно. И не жалей его. Пусть знает, как порочить нашу фамилию! Мерзавец! Но главное, чтобы не дошло до короля, слышишь, Гарольд?
— Слышу, — отрывисто ответил тот.
— Госпожа Мортон! — из Академии следом выбежал взъерошенный парнишка, похоже, старшекурсник. — Госпожа Мортон!
Женщина обернулась через плечо.
— Вы забыли у ректора, — парень догнал ее и протянул черные перчатки. — Вот…
Но та даже не удостоила его благодарности. Выхватила перчатки, передернула плечами и еще стремительней направилась к воротам, так что «Гарольд» едва поспевал за ней.
А у меня сегодня прямо урожайный