ЭРОН

«Кэрриере». Вот только повел себя старый знакомец довольно странно: завис в сотне километров и принялся облучать мой карго-бот всем подряд. Разве что ядерной ракетой жахнуть постеснялся.
Самое удивительное, выйти на связь с кэпом Рином не получилось — вычислитель раз за разом констатировал сбой, как и при всех моих давешних попытках докричаться до ретрансляторов. Промучившись с четверть часа, я плюнул и воспользовался старым как мир способом: просигналил SOS ходовыми огнями. Три точки, три тире, три точки — что может быть проще? А потом еще разок для верности. И этот нехитрый план сработал! «Спрут», не прекращая сканирования, одним микроимпульсом разгонных движков переместился ко мне, мастерски выровнял скорость, извернулся в пространстве… и мой карго-бот оказался притянут к борту «гекса» аккурат в районе стыковочного узла. И никаких силовых захватов! Вот что значит профессионал. Учитесь, Хранители!
Испытывать терпение кэпа со товарищи и дальше я не стал, велел Железяке спрятаться и перебрался в шлюз, благо тот сохранил функциональность и после предыдущего визита. Ну а чего лишний раз людям нервы трепать? Они ведь сейчас наверняка, как говорится, на измене: адреналин, учащенное сердцебиение, беспричинный страх… причем еще большой вопрос, по какому именно поводу. Может, «Кэрриер» алиены захватили. А может, тут всего лишь мой хладный труп… опять же, смотря кто в поисковой группе. Если Рин-сан, то я зря беспокоюсь — этой глыбе все нипочем. А если тот же Боб Борисыч… то тут возможны варианты. Ладно, не встречу, не узнаю.
Подбадривая сам себя этими соображениями, я успешно прошел шлюзование, то бишь дождался, когда за спиной закроется внутренняя переборка, и застыл напротив внешней. Хотел было ее гостеприимно распахнуть, но почему-то внезапно оробел. Давненько со мной такого не случалось… предчувствие дурное? Черт… ф-фух, была не была!
Использовать пульт по прямому назначению я поленился, законнектился через «нейр», мысленно подтвердил команду и напрягся в ожидании… чего-то. Что самое интересное, я даже не мог толком осознать направленность этого ожидания: хорошее меня ждет, плохое, или «ни нашим, ни вашим»? А потому просто стоял, чуть ссутулившись и уронив правую ладонь на рукоять плазмера, так и торчавшего в набедренной кобуре. К чему такая подозрительность? Да кто бы самому объяснил… витало что-то такое в воздухе…
И, как оказалось, заразное — едва внешняя створка сдвинулась в сторону, открыв замечательный вид на внутренности переходной «кишки», как я наткнулся взглядом на ствол, причем как бы не круче моего собственного. Самопроизвольно сработавший зум явил зрелище испарительной камеры, показавшейся мне в данный конкретный момент бездонным колодцем, ведущим прямиком в ад, и я лишь огромным усилием воли сумел избавиться от наваждения. Для верности помотав головой, мысленной командой отменил увеличение и только тогда разглядел позади мощного плазмера не менее мощную сутулую фигуру, сжимавшую оружие в могучей длани. Что характерно, фигуру, закованную во впечатляющую броню — что-то типа моего скафандра общего назначения, но подвергнутого значительной кустарной доработке. Особенно внушал шлем с целой гроздью приблуд вроде дополнительного забрала на кронштейне, узконаправленного фонаря и бог знает чего еще. Монументальная конструкция.
— Э-э-э… Борисыч?.. — проблеял я после томительной паузы, затянувшейся, такое ощущение, минимум на полчаса. — Ты чего?..
— Живой, салага! — облегченно выдохнул старый знакомец, но ствол не убрал, разве что самую чуточку расслабился. — Ну-ка, поляризацию выруби!
— А она включилась, что ли? — удивился я. Не помню, чтобы соответствующую функцию активировал. — Точно…
— Хм… что-то подозрительно здоровый…
— В смысле?!
— Чутка небритый, но не исхудал, не почернел… разве что не лоснится!
— Эй, Борисыч, ты чего?!
— Руки в гору! Ну-ка, живо!
— Эй-эй-эй! Что за дела?!
— Грабли от ствола убрал! Убрал, я сказал!
— Хорошо, хорошо… какие еще будут пожелания?!
— «Нейр» засвети!
— Да блин! — возмутился я. — С этого и надо было начинать! На!
Подтвердив запрос на обмен данными, я снова недоуменно уставился на Борисыча, который по одному ему ведомой причине не торопился сокращать дистанцию и опускать оружие. Мало того, он еще и умудрялся просматривать отчет о состоянии объекта, то бишь меня, который транслировал ему на зрительный нерв его собственный девайс. Причем просматривать тщательнейшим образом, судя по очередной затянувшейся паузе. У меня же лишь пару раз дернулся экран, но я на это не обратил внимания. Какой пустяк, право, по сравнению с остальными