Ууроженец славного города из Черноземья, из семьи профессиональных военных, отдавший Родине почти всю свою сознательную жизнь в ее вооруженных и специальных силах и готовившийся стать пенсионером, участник боевых действий в ряде конфликтов на полях бывшего СССР и его ближайших соседей, образования высшего, кавалер десятка медалей, увлекавшийся историей, волею судьбы оказался в 1941 году, а если точнее, в июне… Продолжение истории Вячеслава Евстафьева, у которого появился шанс немного изменить историю.
Авторы: Сизов Вячеслав Николаевич
говоря, уже было на все наплевать. Надоело бояться и ожидать неприятностей, накручивать себя изнутри. Что будет, то и будет. А пока живем, хлеб и вино жуем. Не знаю, что для себя решил Сергей, но, похоже, посчитал меня своим. Он захотел перекурить, и мы пошли в тамбур.
Там несколько командиров обсуждали, прибывший на сборы личный состав из числа жителей присоединенных областей. Мне было интересно послушать. Одно дело читать об этом, другое послушать людей реально руководившие ими. Отзывы, честно говоря, были далеко от хороших. Если отпустить весь мат и эмоциональный настрой, то все плохо. В большинстве своем запасники служили еще в Панской Польше. За редким исключением боевого опыта не имеют. Стреляют из рук вон плохо. Настроены к командованию еще хуже. И если что случится, спиной к ним лучше не поворачиваться, убьют. Да весело…
Перекурив командиры ушли, а мы с Сергеем, остались переваривать услышанное.
— Неужели все сказанное, правда? — спросил я, его.
— Так и есть. И это они еще мягко. Я же срочку, в Белоруссии проходил. Когда границу переносили, там и дослуживал. Всякого насмотрелся. Белорусы при панском режиме были забитыми, мало образованными. Сейчас конечно все меняется. И школы и техникумы открылись. Колхозы и МТС создаются, а там и слесарей и механиков готовят. Поднимают уровень. Но пока еще сложно с ними, когда еще всему научатся. С поляками еще хуже. Они никак не успокоятся, что панов сейчас нет. Сейчас-то потише стало. Банды повыбили. А раньше , нашим в спину стреляли и вырезали одиночек. Через границу к немцам переходили семьями, порой с боями. Хоть и тише стало, но все равно балуют. Стреляют по нашим. Тебя, куда назначат, не знаешь?
— Откуда. Предписание дали и вперед. А чего спрашиваешь?
— Да так. Ничего. Хороший ты парень, Вовка. Подумал, неплохо было бы рядом служить. В гости к друг другу ходили бы. Ты как не против?
— Конечно, нет.
— Ну и хорошо. Если будет возможность, просись в Брест. Я там, в 60-м железнодорожном полку служить буду. Так что милости просим заходить. Ну а не получится, весточку дай. Я тебя разыщу. Наши роты по всей Западной Белоруссии стоят. Найдемся, посидим.
— Если получится, то обязательно увидимся.
— Ладно, пошли спать, а то поезд в Минск рано утром приходит. Тебе выспаться надо и привести в порядок. С запахом в Управление кадров нельзя идти, они этого не любят. Загонят тебя служить куда Макар, телят не гонит.
Вернувшись в купе, разделись и быстро уснули.
Сизов Вячеслав Николаевич
Eще один попаданец. Часть 2
5 июня 1941г. (четверг)
Проснулся рано, до прибытия поезда в Минск, было еще пару часов. Солнце робко и как — бы нехотя вставало из-за деревьев. Его первые лучи только начали красить небосвод. Спать совершенно не хотелось. Наверное, это стало входить в привычку, просыпать до рассвета. Поезд перестукивал колесами на стыках.
Мои соседи мирно дрыхали на своих полках. Ночью, вроде никто не падал. А то бы услышал. По купе витал стабильный кислый запах, от еды, алкогольного перегара, тела, портянок и начищенных не лучшим сапожным кремом сапог. Все как всегда, ничто не изменяется со временем. А до кондиционеров еще далеко. Куда деваться переселенцу. Только привыкать. Пора вставать и собираться. Что разлеживаться, бока мять?
Встал, так чтобы не разбудить парней, сделал разминку. Оделся, взяв полотенце с мыльно — рыльными принадлежностями пошел в туалет. Да конечно не СВ, но тоже вполне прилично. Осуществив необходимые гигиенические мероприятия, побрился и помылся. Как не странно это звучит, но горячая вода была. Кстати то — еще удовольствие все это сделать в качающемся и скрипящем вагоне. Порезался, правда, немного. Ну да свадьбы заживет.
Подходя к своему купе, столкнулся с проводником. Вчера я с ним практически не разговаривал. Пожилой, он почти все время был в своем купе. А ночью видимо дежурил. Увидев меня, он расцвел, словно увидел родного. Улыбаясь, поздоровался и сказал, что собирался как раз меня будить. Поблагодарив за заботу, попросил горячего чая.
— Конечно, сделаю. С лимончиком и покрепче. Не беспокойтесь. Разве я не понимаю. Скоро сорок лет как на дороге работаю. Знаю, что пассажирам надо. Может что к чаю. У меня там пирожки домашние есть? Недавно на станции покупал, покуда стояли. Очень рекомендую. Теплые еще.
— Спасибо. Не надо, только чай. Мы тут вчера не сильно нашумели?
— Да что, вы. Вы так тихие, в прошлом куда громче бывало. Бывало, перепьют и стреляли по фонарям. Прости господи. Портят имущество. А вы спокойно да умеренно так отдыхали. Не мешали
