Ууроженец славного города из Черноземья, из семьи профессиональных военных, отдавший Родине почти всю свою сознательную жизнь в ее вооруженных и специальных силах и готовившийся стать пенсионером, участник боевых действий в ряде конфликтов на полях бывшего СССР и его ближайших соседей, образования высшего, кавалер десятка медалей, увлекавшийся историей, волею судьбы оказался в 1941 году, а если точнее, в июне… Продолжение истории Вячеслава Евстафьева, у которого появился шанс немного изменить историю.
Авторы: Сизов Вячеслав Николаевич
падения, парни открыли ответный огонь. Пулеметчику бы сменить позицию и рвануть от места засады, но он этого не сделал, чем подписал себе приговор. Ребята из бокового дозора быстро сориентировались, зашли с тыла, и подавили огнем своего пулемета, а затем закидали пулеметчика гранатами.
На позиции остались лежать два трупа. Пулеметчика — мужика лет сорока и его второго номера. Парня лет двадцати. Документов при них не было. Нам этот бой обошелся погибшими проводниками и четырьмя пробитыми нагрудниками. Металл нагрудников и подкладка остановили пули, и мои парни отделались сильными ушибами грудной клетки. У двоих оказались касательные пулевые ранения. Можно считать, что легко отделались. Пулеметчикам бы еще немного подождать и тогда уж накрыть всю группу, но видимо они посчитали лучше иметь синицу в руках, чем журавля в небе.
Посоветовавшись, решили продолжить операцию. На хуторе выстрелы и взрывы должны были услышать, а раз так- то остальные бандиты могут скрыться. Но все с собой унести не смогут, а раз так- то нам этот вариант тоже подойдет. Так и сделали, оставив раненых на месте засады. Отправили вперед разведку и усилили наблюдение по сторонам. На хуторе нас ждала торжественная встреча и праздничный салют из нескольких винтовок и пулемета, прикрывавших отход в лес группы боевиков. В бинокль я насчитал шесть человек. За отходившими в лес направил егерей, а снайпера стали гасить огневые точки и отвлекать на себя «хуторян». «Светка» для этого очень хорошо подошла. С оставшимися бойцами стали подбираться к хутору.
Знать бы, что поляки такие раздолбаи можно было все сделать куда быстрее. Во дворе нашелся всего один «защитник демократии» со старой винтовкой, изображавший боевое охранение. Он так и остался лежать под телегой, с пулей в голове так и ни обнаружив нас. Те, что были в доме, из окон продолжали стрелять в сторону наших позиций. Вообще, какие — то неправильные поляки нам попались. Давно ведь известно. Задержал своим огнем наступающих, дал возможность остальным уйти, сам отходи. Вырвись из помещения на свежий воздух на свободу. А эти как засели в доме, так там и сидят. Даже за своим тылом не присматривали, отстреливаясь от снайперов. Ну, да и бог им судья. За нарушения Уставов наказывает прокурор, вот мы им и стали. Закинув в окошки гранаты, а затем, прикрывая друг друга огнем, ворвались внутрь. Положили всех, особо править не пришлось. Самое противное было в том, что это были женщины. Молодые и симпатичные. Я сначала не поверил, обошел все комнаты. Везде были следы поспешного бегства. На полу среди разбросанных вещей лежали гильзы и патроны. Мужиков, как и детей, нигде не было. Этих — то куда подевали амазонки недоделанные? Или они тут одни и были? Так в бинокль я видел явно мужские фигуры. Прочесав дома и постройки дали сигнал нашим. Те появились от леса и перебежками бросились к нам. Из леса, куда отступили поляки, раздалось несколько винтовочных выстрелов, пытаясь прикрыть отход «хуторян». Но тут, же потонувшие в коротких рыках автоматов. «Егеря» нашли своих «браконьеров» и отпускать их не собирались. Вскоре там все закончилось. И оттуда появилась небольшая колонна пленных с носилками руках, под охраной Максимова и Одинцова. А потом появилась и вторая пара «егерей». Целые и здоровые, а то я уже волноваться начал.
Из остальных членов нашей группы пострадал только «Чекист». По своей глупости схлопотавший пару пуль в руку, пытаясь из пистолета достать засевших в доме. Прибывшие с нами опера стали заниматься своими делами, осматривать трупы, документировать и допрашивать пленных. Мы помогали, как могли, стараясь не мешать спецам, и пополняли свой боекомплект за счет трофеев. «Чекист», после перевязки, снова нас стал пытать о наших действиях. Все никак не угомонится. К обеду на хуторе все было завершено, и мы вернулись в город.
Обедали мы в столовой Управления. Нас узнавали и вопросов не задавали. Кормили сытно и плотно. Кому не хватало, повара давали добавки не жадничали. Здесь я встретился с Сергеем, который тоже только что вернулся с выезда. Наши с ним договоренности оставались в силе. Тем более что на завтра для военных в гарнизоне был объявлен выходной. Первый в этом месяце. Кроме того сообщили что отменен запрет на отпуска введенный недавно. И в школах сегодня выпускной. Будет море красивых и нарядных девушек.
____________________________
Из разговора, состоявшегося в обед 21. 06. 1941г. в здании УНКГБ по Брестской области на ул. Советской д.14 г. Бреста
…- Что с ликвидацией польского подполья?
— Все нормально. Аресты выявленной агентуры практически завершены. Остальных постараемся взять в ближайшее время. Продолжаем работу с арестованными, уточняем
