Ууроженец славного города из Черноземья, из семьи профессиональных военных, отдавший Родине почти всю свою сознательную жизнь в ее вооруженных и специальных силах и готовившийся стать пенсионером, участник боевых действий в ряде конфликтов на полях бывшего СССР и его ближайших соседей, образования высшего, кавалер десятка медалей, увлекавшийся историей, волею судьбы оказался в 1941 году, а если точнее, в июне… Продолжение истории Вячеслава Евстафьева, у которого появился шанс немного изменить историю.
Авторы: Сизов Вячеслав Николаевич
воротах. Собрать вокруг себя одиночек и держаться до конца. Уходить с позиций без моего указания запретил, кто бы им этого не приказывал. Какие бы геометрические знаки отличия не носил этот командир. В случаи чего ссылаться на приказ штаба обороны крепости. Если уж им так надо, то пусть присылают сюда делегатов связи. А там подумаем, что к чему. Отправив сержанта отбирать, формировать и вооружать отряд, я собрался подняться наверх и посмотреть, что творится вокруг, но был остановлен Ерофеевым.
-Товарищ лейтенант. Мы тут в планшетку собрали все немецкие жетоны и документы. Парни спрашивают насчет часов и других трофеев. — Протягивая мне планшетку, сказал сержант.
-Молодцы. Что такое дуван дуванить знаешь? — Спросил я. И, получив утвердительный кивок от Петра, продолжил. — Все трофеи кроме оружия и боеприпасов в кучу, после разберемся. Что вообще собрали?
— Маузеровские карабины, пять ручных и два станковых пулемета МГ — 34, пистолет — пулеметы восемь штук. Еще пистолеты, боеприпасы, гранаты, радиостанция, штурмовая амуниция, продукты, взрывчатки немного. Часы, деньги немецкие, сигареты, зажигалки, да так еще по мелочи.
— Петр. В мое отсутствие останешься тут за коменданта. Я Малышеву дал команду собрать ударный отряд, чтобы выбить немцев из столовой инженеров. Поэтому в отряд Малышева дай пару пулеметов. Остальное оружие и каски, в том числе трофейные раздай тем, у кого их нет. Что останется, здесь складируй, пригодится. Если найдешь из «пришлых» пулеметчиков, создавай расчеты. Не найдешь, тогда вооружай ими наших. Проследи, чтобы все пополнили боекомплект. По максимуму гранатами, что нашими, что немецкими пусть затариваются. Расход воды надо уменьшить, чует мое сердце, что с ней у нас будут проблемы. По периметру организуй наблюдение и охрану. Напротив дверей стройте баррикады как внутри, так и снаружи. Расспроси бойцов, кто из них знает, где склады боепитания и продовольствия есть. Раненых надо готовить к эвакуации отсюда в Брест. Как настроение у ребят?
— Отличное. Парни все понимают. И стремятся набить морду соседям.
— Вот и прекрасно. Пусть готовятся.
— Есть. Тут, какой — то старший лейтенант войск НКВД, старшего требует. Прибежал со стороны Белого Дворца. Мы его пока в дверях придержали.
— Правильно сделали, нечего посторонним тут делать. А то ходят тут всякие, потом личные вещи пропадают. Раз требует, давай его сюда поговорим. И еще там отдели из тех, кого пригнали немцы пограничников и конвойников. Создадим из них временное отделение, с нами будут. Если кто без формы пусть пока оденутся за счет погибших. Сапоги и бриджи с немцев поснимают. Тем все равно уже ничего не надо, а живым ходить раздетыми и босыми негоже. Вооружи их трофеями, выдели им одного из наших бойцов в качестве старшего. Пусть занимают позиции по первому этажу. Подчиняться тебе будут, попозже пусть в воронке погибших похоронят. Данные на погибших мне в блокнот запиши. Если опознают то кто, откуда, какого полка. Надо будет еще на ложках те же данные записать и к погибшим положить, чтобы не забыть, кто похоронен. Минут через пятнадцать давай собирай наших на выход. Пора на новые подвиги. Мы еще не всех немцев перебили.
— Понял, сейчас займусь.
Через несколько минут в сопровождении одного из бойцов подошел высокий, молодой, темноволосый, подтянутый старший лейтенант, в полной повседневной форме войск НКВД. Форма была новая, практически не ношенная, слегка присыпанная пылью. В полумраке клуба на ней белел подворотничок. На поясе в кобуре был ТТ. «Старлей» был в фуражке. Отпустив бойца, я поинтересовался наличием документов у пришедшего. Протянув мне свое удостоверение, тот стал высказывать, неудовольствие нашими действиями и требовать немедленного выхода из крепости на соединение с войсками. Не снимая с рук перчаток, я взял корочки и стал их изучать. Внешне с ними все было в порядке, даже пресловутая скрепка была не из нержавейки. Говорил старлей правильно без акцента. Но что — то меня в нем напрягало и раздражало, что конкретно так и не понял. Слишком он аккуратный и не мятый. А еще память мне подсказывала, что в известной мне истории обороны крепости не было среди участников старшего лейтенанта НКВД. Перебив на полуслове старлея и не возвращая ему документов, спросил, откуда он, из какой части и как тут оказался. Тот снова стал возмущаться и требовать подчиняться его приказам. Пришлось его одернуть, пообещав арестовать, если будет мешать и вмешиваться в мои действия. Как же плохо, что будучи прикомандированным к Управлению НКГБ не обеспокоился какой — никакой ксивой. Старлей после моей угрозы вроде успокоился. Между нами было около метра. Тут мое внимание отвлек появившийся
