Ууроженец славного города из Черноземья, из семьи профессиональных военных, отдавший Родине почти всю свою сознательную жизнь в ее вооруженных и специальных силах и готовившийся стать пенсионером, участник боевых действий в ряде конфликтов на полях бывшего СССР и его ближайших соседей, образования высшего, кавалер десятка медалей, увлекавшийся историей, волею судьбы оказался в 1941 году, а если точнее, в июне… Продолжение истории Вячеслава Евстафьева, у которого появился шанс немного изменить историю.
Авторы: Сизов Вячеслав Николаевич
У второго входа виднелся еще один пулемет. Вокруг валялись гильзы, а стены над входом были в отметинах от попаданий пуль. В темноте подвала толпился народ. В большинстве своем безоружный и неодетый, вздрагивающий при близком разрыве. Личный состав сидел, стоял, кучковался в группки по национальному принципу или знакомству. Вокруг были озабоченные, напряженные, обреченные лица. Какой — то строгой организации или разумной военной деятельности я не заметил. Было прохладно, и многие ходили в накинутых на плечи шинелях и бушлатах. На голове многих были каски очень похожие на немецкие. Несмотря на разбитые окна и распахнутые двери воздух был наполнен дымом, запахом пота, крови, жженого пороха и солений. Свет поступал из окон под потолком. У некоторых из них соорудив постамент из подручных материалов, расположились стрелки, в основном из числа сержантов. Они же цементировали вокруг себя и некоторые группы бойцов. Среди военной массы заметил достаточно много людей в гражданской одежде. Какие — то они были мятые, нечесаные, заросшие. Интересно кто это? В полку вроде бы приписников сразу же старались переодевать в военную форму.
Бойцы с удивлением рассматривали мою форму. При приближении вставали и освобождали проход. Ближе к центру подвала стали попадаться знакомые лица бойцов разведроты, комендантского взвода, музыкантов, артиллеристов. Они — то мне и показали, где находился старший лейтенант Потапов.
Тот сидя на ящиках что — то озабоченно в полголоса обсуждал с группой командиров. Среди них был и Горячих. Мое появление было сродни гоголевскому ревизору. Все сразу замолчали, уставившись на меня словно на приведение.
-Жив, чертяка! А мы тебя уж похоронили!
— Не дождетесь. Слухи о моей смерти преувеличены, я еще насморк получу на похоронах Гитлера в Берлине. — Ответил я.
— Молодец. Ты где пропадал?- Спросил особист.
— Да так куролесил. Немцам по крепости хвост накручивал. Чтобы все рассказать времени надо много, а его совсем чуть — чуть. Последними приключениями был штурм и освобождение Тереспольской башни от врага.
— Нам тоже досталось. Немцы через Бригитский проезд и Тереспольские ворота прорвались, пришлось отбиваться.
К нашему разговору прислушивались, шум по отсекам стихал. Я кратко рассказал о бое в клубе и башне о том, что наскок врага отбит. А затем предложил командирам подняться наверх на свежий воздух и там все обсудить. Плотной группой, в сопровождении десятка бойцов разведроты с автоматами и ручным пулеметом, мы поднялись на первый этаж.
В коридоре царила разруха и пустота. Лишь около центрального входа у караульного помещения, рядом с импровизированной баррикадой, бдили несколько бойцов. Свежий легкий ветерок по полу гонял листы, каких — то сразу ставших не нужными документов. Стоял стойкий запах гари. Иногда в разбитые окна влетали осколки, но их было мало. Двухметровые стены надежно защищали своих постояльцев. У Тереспольского моста продолжался бой, били винтовки и строчили пулеметы.
Зайдя в помещение полковой школы, достав карту и схему крепости, разъяснил собравшимся командирам ситуацию вокруг. Сказал и о приказе дивизии на выход из крепости и о том, что готовится прорыв гарнизона. Не стал скрывать и о недостатке времени для этого. Кто- то может не успеть и им придется сражаться в крепости. Решение надо было принимать сейчас и немедленно.
Как старший среди собравшихся, Потапов стал отдавать команды и распоряжения. Мы же с Горячих отошли в сторону и накоротке переговорили. Спросил о судьбе знамен, хранившихся в полку. Они сохранились. Бойцы, что нас сопровождали, как раз их и охраняли. Услышав это, предложил ему возглавить отряд по вывозу знамен и документов гарнизона. Не скрывал, что это будет более чем сложно сделать, немцы уже на южной окраине города и в ближайшее время могут перерезать путь на Жабинку и выход из крепости. Подумав и посмотрев предполагаемый маршрут движения, старший лейтенант согласился. В качестве охраны он брал собой бойцов взвода конной разведки. Я предложил забрать ему с собой и музвзвод, особенно воспитанников. Дмитрий Ильич отправил одного из бойцов за оставшимися в подвале разведчиками и музыкантами.
-Я так понимаю, что уходить из крепости ты не собираешься?
-Да. Кто- то должен остаться прикрывать отход остальных. Вот я и решил что этим кто — то буду я со своим отрядом.
— Возможно, не стоило тебе говорить, но вчера вечером командование полка беседовало со мной о тебе. И твоего предупреждения о войне. Некоторые горячие головы посчитали это провокацией. Было принято решение, если информация не подтвердится, то документы в отношении тебя передать в НКВД как на паникеры
