Ууроженец славного города из Черноземья, из семьи профессиональных военных, отдавший Родине почти всю свою сознательную жизнь в ее вооруженных и специальных силах и готовившийся стать пенсионером, участник боевых действий в ряде конфликтов на полях бывшего СССР и его ближайших соседей, образования высшего, кавалер десятка медалей, увлекавшийся историей, волею судьбы оказался в 1941 году, а если точнее, в июне… Продолжение истории Вячеслава Евстафьева, у которого появился шанс немного изменить историю.
Авторы: Сизов Вячеслав Николаевич
Расстреляем из безшумок дежурные посты и расчеты. Захватим часть зениток. По возможности так и будем действовать дальше от объекта к объекту. По-тихому выбивая часовых и дежурные расчеты. Пока будет такая возможность. Следом за егерями пойдут штурмовики, блокируя палаточные городки и казармы. По завершении зачистки дежурных и захвата артиллерии они нанесут свой удар по основным силам врага. Пленных будем освобождать в последнюю очередь. А дальше по обстановке. Либо все сожжем, либо удастся выполнить задуманное.
Нужно еще раз провести проверку подходов к мосту и имению. И для успеха миссии придется ее сделать самому.
__________________________
Из показаний гр. Дубоделовой Т.И. (Могилевич) от 3 июля 1941 г. .
гр. Дубоделова Т.И. (Могилевич) 1923 г.р., урож. г. Минска (бывшая жена осужденного по ст. 58 УК гр. Могилевич А.- отбывающего наказание в г. Ижевске) в настоящее время проживающая у своей сестры в г. Тамбове ул. А. Овсеенко д. 5
… В начале июня 1941 г. мне пришла телеграмма от сестры Поповой (Дубоделовой) Н.И. о необходимости срочного приезда в г.Тамбов. Я думала что — то случилось с дочерью, оставленной у нее. Однако она, перезвонившая на следующий день по межгороду, меня успокоила. Сказала, чтобы я срочно приехала так как ребенку нужна мать, а не тетка. И выехать мне нужно в течении ближайшей недели. Еще она сообщила, что ко мне, 2 июня поездом через Москву выехал мой знакомый — Петр Гречишкин. С ним я встречалась в период проживания в г. Тамбове. Мы собирались пожениться, но из — за болезни мамы я должна была вернуться в Минск.
Я пробыла в Минске, до 6 июня. Но Петр так и не приехал. Посчитав, что он где то задержался, или с ним, что — то случилось 8 июня вернулась в Тамбов. До сего дня Гречишкина не встречала и сведениями о нем не располагаю…
____________________
Вечером сразу после возвращения группы Сергея и ужина, воссоздав из песка макет аэродрома, его служб, вооружившись картой, мы засели за разработку плана атаки на него и на остальные цели. Думали и обсуждали его до позднего вечера, пока не вернулись с тренировки в лагерь штурмовые группы и остальные бойцы. Дав им немного привести себя в порядок, собрали командиров групп и подразделений для дальнейшей шлифовки плана.
Утром мы с Дороховым на моем командирском бронетранспортере в сопровождении разведчиков на еще одном бронетранспортере выехали на разведку подходов к мосту. Карта это конечно хорошо, но свой не замыленный взгляд лучше. Выскочив на трассу, мы пристроились к колонне грузовиков двигавшихся в сторону Пружан. С колонной мы без проблем добрались до перекрестка дорог у слияния Мухи и канала Вец. Где мы расстались с колонной. Она пошла в сторону Ружан, а мы повернули на Слободку (она же «Кошарка» или «Казармы»).
О том, что рядом с городом расположен штаб армии практически ничего не говорило. Так пара постов, усиленных скрытыми под масксетями бронетранспортерами и легкими танками, стоящих на перекрестках дорог в сторону с. Чахец. Очень органично вписанные в окружающий ландшафт нескольких зенитных батарей и «кюбели» двигавшиеся в сопровождении охраны на мотоциклах вот и все видимые приметы большого штаба. Хорошо, что нам туда не надо.
У деревни Линево нам пришлось притормозить и осмотреться, где- то здесь находился 130-й ДУЛАГ, о котором в свое время мне приходилось читать. Насколько я помнил, на 12.07.1941 в нем содержалось около 6900 военнопленных, которые работали в рабочих командах по ремонту и восстановлению железных дорог. Он подчинялся 87-й пехотной дивизии и охранялся подразделениями 221 охранной дивизии. Лагерь нашел быстро. Он находился на окраине деревни. До войны здесь несколько наших частей располагалось. Немцы тут неплохо устроились со всеми причиндалами необходимыми для такого дела. Пулеметные вышки, несколько рядов колючей проволоки. Лезть в лагерь мы не стали. У нас своя цель есть и пока мы ее не отработаем о чем — то другом говорить не стоило.
По дороге до жд. станции Оранчицы никто нас не проверял, не останавливал, документов не требовал. На въездах и выездах и на станцию постовые окинули нас взглядом и без вопросов подняли шлагбаум. К мосту мы ехали по полевой дороге вдоль жд. насыпи. Когда постройки станции скрылись из вида мои связисты, вооружившись кошками, залезли на телеграфные столбы и подключились к телефонному кабелю. Ничего интересного мы не услышали. Обычные беседы военного люда — доклад о положении на объекте, проследовании эшелона, заявка на продовольствие.
Вскоре мимо нас со стороны Бреста прошел грузовой состав. А ему навстречу пассажирский состав с ранеными. Уже на подъезде к мосту нас обогнала мотодрезина, спешившая
