Бывший диггеродиночка Леший, а ныне офицер спецслужбы Синцов обеспечивает безопасность московских подземелий и ищет легендарное Хранилище, в котором предположительно спрятано несколько тонн золота, пропавшего во время эвакуации золотого запаса в сорок первом году. Но подземная Москва притягивает самых разных людей.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
– Нет пока, – сказал Евсеев.
– Жаль. Это вы, конечно, маху даете. Мальцу уже восемь могло стукнуть, мы бы с ним на рыбалку по выходным могли… А вместо него мы с матерью вот этого зазнайку нянчим-балуем. Рядом, Брут! – прикрикнул он на пса, которому вдруг вздумалось усесться посреди дорожки. – Субли… Сублим… Как это модное слово, не знаешь?
– Сублимация, наверное.
– Точно. Когда хочешь одно, получаешь совсем другое и делаешь вид, будто так и надо. Верно?
– Ну-у…
– А, не важно! – перебил отец. – Мне сублимация эта, как покойнику баня с веником. Ты вот что разъясни мне лучше: «скайп» – что за штука такая? Это с компьютером как-то связано?
– Да, это программа такая, – сказал Евсеев. – Ставишь ее, и имеешь в результате как бы бесплатный видеотелефон. Разговариваешь с человеком, который находится в Америке, видишь его в реальном времени…
– Прям в Америке? Без контроля и цензуры? – изумился отец.
Сын усмехнулся.
– Ну, конечно! Какая сейчас цензура… Можно набрать «ЦРУ» – и попадаешь к ним на сайт. А там их история, условия приема на работу, библиотека ведомственная… И на сайт ФБР так же просто заходишь, и в библиотеку Конгресса…
– Ты что, серьезно?!
– Ну, конечно! Я же предлагал тебе подарить компьютер. Но ты ведь не очень жалуешь эти новинки… Или решил, наконец, пересмотреть позицию? Шагать в ногу со временем? А, отец?
Петр Данилович как-то мучительно дрогнул лицом, нахмурился.
– Нет, – сказал он. – Это меня товарищ один вчера спросил… Я ему про Фому, он мне про Ерему. Я ему про профессионализм талдычу, а он мне: «Вы скайпом умеете пользоваться?»
– Какой еще товарищ? – не понял Евсеев.
– Красюков, кадровик ваш…
– Красюков?! Ты с ним встречался? Зачем?
Они обошли сквер и остановились у дорожки, ведущей к автомобильной стоянке, а дальше – к жилому кварталу, к дому. Петр Данилович остановился, потер широкий лоб, словно раздумывая, пройти еще кружок или повернуть домой.
– Я ведь письмами их не первый год закидываю, ты знаешь, – проговорил он тихо, словно сам с собой. – И Лубянку, и Академию ФСБ, даже в аппарат президента писал. Денег не прошу – работы дайте. Любую. Я ведь старый служака, с огромным опытом, пусть не семи пядей во лбу, звезд с неба не хватал, громких каких-то операций за мной нет. Но дело я держал вот так!
Он с силой сжал пальцы в кулак так, что косточки побелели. Поднял его перед лицом – увесистый, крепкий кулак человека, переделавшего за долгую жизнь немало тяжкой работы.
– И молодых могу научить. У меня опыт, знания, каких нет у многих нынешних офицеров…
Он с ожесточением повторил:
– Нет и нет, и неоткуда взяться! Возьмите, говорю, используйте, дайте пожилому человеку возможность еще немного помочь стране, которой он столько уже отдал…
Петр Данилович все же повернул к дому, свистнул Бруту.
– Про то, как провалили нашу сеть в Нью-Йорке и восточных штатах, я уже не говорю. Агентурная работа – не мой профиль… И все равно: глупо провалили! У одной дамочки началась истерика, все сразу посыпалось! Только не в дамочке дело – в организации сети! Конструктивная, как говорят инженеры, ошибка!
Он быстро взглянул на сына, рассчитывая поймать на его лице снисходительную улыбку или что-то в этом роде: как же, старик вообразил себя великим стратегом!.. Евсеев-младший не улыбался.
– Да ладно с ней, с сетью этой заокеанской!.. – завелся пуще прежнего отставной подполковник. – Под носом у нас что делается! Вот что покоя не дает! Депутаты воруют и убивают, владельцы государственных предприятий прямо заявляют, что пьют с бандитами! Делятся с ними народными деньгами! В Ставрополе – в старом казачьем городе! – на центральной площади черкесы какие-то лезгинку свою танцуют и посылают всех прохожих по матушке! Это как понимать?!.. И все при оружии – не огнестрел, так травматика! Все стреляют! Артисту в баре не налили – выстрел! На дороге не того подрезал – выстрел! А те, кому по службе положено стрелять, те почему-то гибнут при исполнении, не успев даже расчехлить пистолет! Черт-те что творится!!
Евсеев шел рядом, не перебивая, не спрашивая, не споря. Пусть отец выговорится. Не говорить же ему, что операм госбезопасности оружия практически не выдают. Сами покупают «травматику» помощней – например, «Хорхе». Недавно лейтенант Сергеев из такого резиновыми шариками преступнику ноги прострелил – насквозь! А раз не из штатного «макара» стрелял, то и применения оружия нет: военный следователь этому даже значения
