Тебя спас дракон. Правда? Рано радуешься, детка! Обитатели Хрустальных гор — существа корыстные и непредсказуемые. Кто знает, что этот змей захочет получить взамен? Ах, говоришь, он сделал тебя своей невестой? Тогда самое время присматривать подвенечный саван. Не веришь? А ты спроси, сколько у него этих невест до тебя было?
Авторы: Полянская Екатерина
Шираж, — но это сказала не она.
Из приоткрывшейся неприметной двери в другом конце комнаты появился мужчина, прошел к ассару и уверенно протянул ему руку. Усилием воли я подавила всплеск страха и присмотрелась к нему.
Худощавый, черты погрубее, чем у льера, но не такие крупные, как, скажем, у Штедьера. Каштановые волосы коротко подстрижены, и самые длинные пряди едва касаются ушей. Глаза карие. Не похож он на дракона. На ледяного — тем более.
— Познакомься, — меня поймали за локоток и выдвинули вперед, — Лорени Штедьер, моя сестра. А это ее жених, Ортин из Гнезда Бурого Ястреба.
Еще один быстрый взгляд на мужчину. Теперь оценивать его смело можно по человеческим меркам. Не льер, знать средней руки. Северянин, но судя по цвету шевелюры и смуглой коже, есть в нем и южная кровь.
А воспитан прекрасно и выдержка на уровне: Ортин спокойно позволил себя рассмотреть, сделал какие-то свои выводы и руку целовать не стал. Ограничился мягким пожатием ладони.
— Моя невеста — льера Маиша Сорена Леона Магритта Фиран, наследница Дома Синего Вереска, — завершил знакомство Лорд. — Она предпочитает, чтобы ее называли Леона.
— Настоящая северянка, — очень тихо, будто бы через боль, проговорила Лорени. Дракона уже сидела на одеяле, подогнув под себя ноги. — Вы подходите друг другу.
В ожидании ужина мы придвинули кресла к кровати, и сведущие в происходящем на три голоса начали мне объяснять, что же у них тут творится. А я слушала и все сильнее ощущала себя героиней страшной сказки.
Само собой, первый ассар происходил из очень древнего драконьего рода. Всякое бывало за его историю: и войны, враги пакостили магически, а у драконов фантазия ох какая богатая, да и сами Штедьеры чудили регулярно и не без последствий.
Взять хотя бы прадеда Шиража, тот тоже ассаром был. Но стал им не в честном бою, как это принято в Хрустальном, а подло убив предыдущего правителя. Разумеется, семья этим не гордится, но что было, то было. Воцарение коварного дракона началось с того, что он сам лично уничтожил весь род своего предшественника. Опасался, что сыновья вырастут, войдут в силу и отплатят ему той же монетой. Зная змеев, опасался вполне справедливо. Даже дочерей не пощадил. Мало ли?
Но справедливость иногда все же находит лазейку и прокрадывается даже к драконам. Правда, и она временами предстает в облике чудовища. Вторым даром у младшей дочери погибшего ассара, помимо силы льда, оказалась способность проклинать. Будь она человеком, придушили бы еще во младенчестве, себе дороже. Но у драконов все иначе — девушку любили и даже учили.
Именно она произнесла страшные предсмертные слова. Не ходить по Хрустальному роду Штедьеров! Разве только первый ассар смоет проклятье кровью своей невесты. Но у злодея давным-давно была жена, а в ожидающие его невзгоды новоявленный ассар не поверил. Десятилетие пролетело, второе, третье… но ничего страшного так и не произошло.
Тот дракон умер в глубокой старости, в традиционном бою, не сумев победить молодого противника. Для Лорда — великая честь. А вот его сыновей одного за другим убила их собственная магия.
— Мы не знаем, почему это происходит, — глухо подвел итог Шираж. — Не понимаем, как. Иначе, чем проклятьем, эту болезнь не объяснишь. Дед, отец, потом братья… Штедьер спокойно живет двести пятьдесят лет, а потом начинается сущий кошмар. Сила. Она вымораживает изнутри, осколками льда разрывает плоть, убивает медленно и мучительно. Я видел, как они умирали, Маиша! Лор — последняя, кто остался…
Комок ледышкой засел в горле. Я лихорадочно сжала руку жениха, не пытаясь скрыть охватившую тело дрожь. Казалось, она пробрала до самой души.
— Невесты… Ты пытался спасли сестру?
Дракон кивнул.
— Да, Маиша. Когда только заключили помолвку, мы с льером Фиран провели обряд с тобой. Ты выжила, совсем не пострадала, но Лорени становилось только хуже.
— Зато Шиража проклятье так и не коснулось, — девушка улыбнулась, но тут же поморщилась. Видимо, любое движение было для нее очень болезненным.
Информация пыталась уложиться в голове, поэтому первое время я молчала. В общем-то, с точки зрения нашей северной логики, события прекрасно соединились в цепочку. На месте проклинательницы я бы тоже ухватилась за последнюю возможность отплатить. И на месте Шиража… Ох, страшно даже представить. И обе стороны вызывают острую, почти болезненную жалость. Чтоб тот прадед вечно в своем ледяном айсберге ворочался!
Одно вызывало вопросы. И, пользуясь случаем, я решила прояснить все до конца.
— Если со мной не вышло, зачем было истязать других невест?
Мужчины переглянулись.
— Чтобы чего-то достичь, надо пробовать, —
