Если обманешь

не совладала с собой, провела пальцами по его руке. — У меня нет времени, да и бесполезно это — выслушивать сладкие речи красивых развратников.
На этот раз его губы скривились в усмешке, натянув кожу изуродованной щеки, что напомнило ему о том, что он давно уже не красив.
— Откуда вы знаете, как я выгляжу? Ведь эта маска скрывает большую часть моего лица.
— У вас отличное телосложение и привлекательная улыбка. Роскошные глаза, — сказала она с придыханием, от чего его ствол начал пульсировать. — Вы сказали, что у вас обостренное чувство на определенные вещи. Что ж, я высоко ценю красивых мужчин. Поклонница, если хотите. Поэтому я следила сегодня за вами.
— Правда? — В подтверждение она кивнула. — Назовите свое имя.
— Это нарушает условия маскарада, не так ли? — ответила она его же словами. Затем приложила затянутую в перчатку руку к его груди и задержала ее там, будто не зная, оттолкнуть его или, вцепившись в рубашку, притянуть к себе. Итан перехватил ее руку, оголил запястье и запечатлел поцелуй на шелковистой коже.
Вздрогнув, она отдернула руку назад, и он отпустил ее.
— Поглядите на себя, Шотландец. Вы же самый опытный соблазнитель из всех, кого мне доводилось видеть.
— Опытный? — Последние десять лет у него не было случая набраться опыта во флирте, вообще ничего не было. А до того ему никогда не приходилось соблазнять. Не было нужды.
Руку ее он поцеловал импульсивно. «Откуда взялся, этот чертов импульс?»
— Да, опытный. Этот поцелуй в кисть — отличный способ общения. Легкое касание ваших губ свидетельствует о том, что вы должны быть нежным и чувственным в постели. Та уверенность, с какой вы взяли меня за руку, свидетельствует о том, что вы в то же время должны быть мастером.
Нежным? Итан мыслями вернулся в прошлое. Был ли он когда-нибудь нежным? Лишь сейчас он осознал, что у него нет желания быть нежным с ней. Ему хотелось вдавить в нее свои бедра и тереться восставшим членом о треугольник, где смыкаются ее бедра.
— Я встречала многих людей, подобных вам, — сказала она. — Учтите, что на меня все это не действует.
— Я принимаю эти слова как вызов, мой ангел. Увидишь, скоро я буду внутри тебя и напомню тебе эти слова, когда твои ноги будут сомкнуты на моей пояснице.
— О, Шотландец, этого не будет. — Она мотнула головой, и несколько блестящих локонов упали ей на плечи.
— Невинностью ты не отличаешься. — Это поразило его самого, поскольку он знал, что она принадлежит к высшим слоям общества. Она должна быть такой же пресыщенной искательницей острых ощущений, как Джейн Уэйленд и ее компания. — Почему бы тебе, не провести ночь со мной?
— Вы считаете, что я не девственница? Почему?
— Глядя на ту сцену, какую мы здесь застали, ты только что не зевала. Не многие девственницы сохранили бы невозмутимость при виде проститутки, работающей ртом.
— Что ж, девственница я или нет — это не существенно. Суть же в том, что я нахожусь здесь для того, чтобы найти мужа, а не любовника. И мне сейчас не до развлечений.
— Всему свое время. Если ты в Лондоне для того, чтобы найти мужа, то тебе, наверное, не стоит пренебрегать таким неженатым мужчиной, как я. — На это у Итана не было времени. Завтра он покинет город, чтобы выследить Грея, и впервые тяга к убийству как таковому была слабее, чем тяга к женщине.
Она засмеялась обольстительным сладострастным смехом, и ему захотелось жадно целовать ее.
— Вы так недостижимы, что не подходите даже на роль маловероятного кандидата.
Итан напрягся.
— На чем основаны эти выводы? Ты так мало меня знаешь.
— Я знаю достаточно, чтобы подозревать, что вы бы использовали меня и ушли, ни разу не оглянувшись, — уже без тени юмора ответила она. — И не обвиняю вас, просто констатирую факт. — Ее бесхитростные, синие глаза вдруг стали непроницаемыми. — Думаю, у нас с вами много общего.

— Общего? Значит, ты тоже с нетерпением ждешь, когда мы сольемся в экстазе?
Мэдди улыбнулась. Она просто не могла с собой совладать.
— Всего-то на всего. Вы обезоруживаете меня. — Было нечто в его грубой, подчеркнуто грубой, на грани фола, манере поведения, что притягивало ее. Кого она обманывает? Все в нем притягивало ее: от его резко выраженного акцента и мускулистого тела до странного влечения к ней.
— Обезоруживаю тебя? Я хочу большего.
Ее улыбка потухла. Шотландец не сдавался, и она уже пожалела, что подстрекала его. Вела себя глупо, как обычная двадцатиоднолетняя девчонка, не имеющая представления о роскоши. Практичная Мэдди чувствовала себя подавленной, ситуация выходила из-под контроля.