Если обманешь

тебе, где меня можно найти? Почему она это сделала? Ты угрожал ей? Ты вел себя с ней жестоко из-за того, что она… потому что она доступная?
— Нет, она помогла мне, потому что, как она сказала, я понравился тебе, — ответил Итан.
«Беа рассказала об этом? До чего неловко!» Мэдди была похожа на глупо улыбающуюся девчонку на своем первом балу.
— Коррин сказала, что я могу найти тебя в этой таверне. «И Коррин?»
— Не могу себе представить, что побудило их помочь тебе, — ведь я им говорила, что ты осел.
— Коррин просила, чтобы я уберег тебя от женщины по имени Берта.
Мэдди искоса посмотрела на него:
— Прежде всего, как ты нашел мою квартиру?
— Куин Уэйленд дал мне адрес в Сен-Роке, и твой след оттуда привел меня в Марэ.
— Ты дружишь с Куином?
— Я друг семьи Уэйленд. Даже в некотором роде родственник. Мой брат недавно женился на Джейн Уэйленд.
— Это странно. Ведь, как я слышала, предполагалось, что Джейн выходит замуж за какого-то богатого английского графа.
— Поверь мне, я тоже не одобряю этот брак.
— Значит, в тот вечер на маскараде ты знал, кто я такая?
— Нет, Уэйленды сказали только, что ты их знакомая. Послушай, Мэдлин, вижу, как ты похудела, и знаю, что в твоей мансарде из еды только яблоко, а у подъезда тебя поджидают два головореза.
Она не могла не согласиться со всем этим.
— Все, что я прошу, это отужинать со мной и выслушать меня. — Мэдди продолжала отрицательно мотать головой. — Неужели нужно еще думать над выбором между горячей едой со мной и встречей с теми людьми? — рявкнул Итан.
Если люди Тумара поджидали ее, ей придется снова бродить по улицам. И тем не менее…
— Да, Маккаррик, я думаю над выбором, — сказала она. — Ты был ненавистен мне в ту ночь. Мне помогло все преодолеть лишь осознание того, что я никогда больше не увижу тебя. «Решу, что с тобой делать», — сказал ты. Это так унизительно. Я ничего не хочу от тебя; не хотела тогда, не хочу и сейчас. Я сама о себе забочусь с четырнадцати лет. — Она была почти дома, а там постель, забытье.
— Да, и работа у тебя достойная. Обеспечивает нищету, голод, долги. Если это то, к чему ты стремилась вернуться, то лучше бы оставалась у Куина до моего возвращения. — Итан махнул рукой в сторону улицы.
Бездомные скучились вокруг глиняных горшков с огнем, отбрасывая длинные тени на стены домов. Откуда-то донеслись выстрелы. Где-то в темноте шла драка.
— Куин сказал мне, что ты умная и практичная. Наверное, у тебя должно хватить ума, хотя бы выслушать меня.
— Куин говорил с тобой обо мне? — спросила Мэдди, замедляя шаг.
— Да, и он знает, что я поехал в Париж, чтобы повидать тебя. Ему неприятно было бы узнать, что ты живешь в подобном месте.
Она умерла бы, если бы Куин узнал. Мэдди скрестила пальцы. Но позволит ли ей гордость пойти с Шотландцем? И этот момент она опасалась, что гордость намного скорее, чем любопытство, приведет ее к окончательному падению. Наконец она остановилась.
— Я не хочу, чтобы он узнал.
— Тогда пошли, — сказал он жестко. Должно быть, обычно такой тон заставлял людей суетливо выполнять его распоряжения. А сейчас он выглядел сбитым с толку, стоило ей лишь повести бровью, глядя на него. — Пойдем со мной, я сниму тебе комнату в моей гостинице, и ты получишь удовольствие от хорошей горячей еды.
— Теперь в твою гостиницу? Что я, дура, что ли? Между прочим, я думала, что ты предпочитаешь сношаться в транспортных средствах, на ходу.
Итан издал звук, который, наверное, должен был выражать разочарование, и сунул руку в карман. Оттуда он достал маленькую коробочку, в какой обычно продают драгоценности, и протянул ей:
— Поужинай со мной, выслушай мое предложение, и я отдам тебе это без всяких условий.
Мэдди, стремительно выбросив вперед руку, выхватила у него коробочку. Он и глазом моргнуть не успел. Она отвернулась от него и открыла коробочку. Кольцо с бриллиантом!
— Не возражаешь, если я получше рассмотрю его? — спросила Мэдди через плечо.
Итан махнул рукой:
— Смотри.
Ей нужен был свет. Естественно, один на весь район фонарь был сорван и продан утильщику. Но она ощущала вес камня и знала, что он не мог быть фальшивым. Бриллиант настоящий. Это поможет ей расплатиться с Тумаром и продержаться несколько лет.
— Это будет стоить мне всего один ужин?
— Да, ты сможешь оставить себе кольцо независимо от решения, которое примешь.
— Можешь поклясться, что не будешь непристойно вести себя?
— Непристойно? Да, могу поклясться в этом.
Она заметила, что кольцо будет велико для ее тонких пальцев, поэтому достала из кармана юбки ленту, на которой носила ключ от квартиры, продела