Если обманешь

прошлой ночью: гладил ее по голове, пока она не уснула. В конце концов, она собирается стать такой же женой, как те молодые женщины из булочной.
«Делает ли она что-то такое, что могло бы усугубить ее уязвимость?»
Мэдди не хватало свежего воздуха, ей хотелось выйти из закрытого помещения, отдышаться. У нее взмокли ладони, сжимавшие маленький букетик, а корсет натирал кожу. Она с раздражением вытянула губы трубочкой, чтобы подуть на прилипавшую к лицу короткую кремовую вуаль. Похоже, у нее была еще и паранойя, поскольку она могла поклясться, что Итан вздрогнул, когда Барнаби произнес ее имя.
Перед тем как Итан должен был произнести клятву, Мэдди украдкой посмотрела на него. Он стоял, выпрямившись, испытывая гордость и удовлетворение от того, что находится здесь, с ней. Потом она заметила, как он с-трудом сглотнул комок. Он тоже нервничал, но стоял рядом, готовый вверить ей свою жизнь.
Люди, естественно, проявляли волнение в процессе их свадебной церемонии. Все шло так, как и должно было идти.
Начав произносить клятву, Итан смотрел на нее, и Мэдди была потрясена страстным желанием, которое излучали его глаза.
— Я, Итан Маккаррик, даю обет любить, чествовать и почитать тебя, Мэдлин Ван Роуэн, обещаю в радости и печали оставаться верным, честным и преданным мужем, и сегодня я даю тебе это обещание на всю мою оставшуюся жизнь.
«О, Итан». И в этот момент впервые за все утро Мэдди перевела дух. К ней пришло умиротворение, и она успокоилась. У Мэдди вдруг возникло чувство, что она всю жизнь стремилась к этому моменту, к этому мужчине — гордому и властному горцу, который пожирал ее пылким взглядом и только ради нее смягчал осторожные прикосновения.
«Посмотрите на нее…» — подумал Итан, в то время как Мэдди произносила свою клятву. Почему он своевременно не употребил всю свою власть, чтобы назвать ее своей?
В ее ярких синих глазах сквозил ум, подбородок был гордо выставлен вперед. Нервозность Мэдди сегодня утром была почти осязаемой, но она все равно смогла пройти эту свадебную церемонию. «Отважная девочка, решившая рискнуть, связав свою судьбу со мной».
Кто из мужчин не солгал бы, не украл или не убил ради нее?
После того как они оба произнесли свои клятвы, Итан пообещал про себя, что немедленно подчистит хвосты и заметет ведущие к нему следы.
— Вследствие сделанных вами, стоя передо мной, обязывающих заявлений, — начал регистратор, — данной мне властью я объявляю вас, Итан Росс Маккаррик, и вас, Мэдлин Изабель Ван Роуэн, мужем и женой.
«Какое облегчение». Рука Итана нащупала ладонь Мэдди.
— Шотландец, мы оба раздеты и лежим в кровати, — заметила Мэдди, вскоре после того как они вернулись в Карийон. — Что это за причина побудила тебя медлить на полпути? — Он зацеловал ее до потери сознания, пока они раздевали друг друга, но потом вдруг остановился. Итан посмотрел на нее:
— Я наслаждаюсь вкусом. Не каждый же день мужчина женится, тем более что пришлось так долго ждать.
— Ты думаешь, меня стоило ждать?
— Ты и была той, кого я ждал. Если бы я не встретил тебя, я не женился бы. А тебе уже никуда от меня не деться.
Мэдди приложила ладонь к его груди и явственно ощутила стук его сердца.
— Ты опять нервничаешь?
— Да. Когда я делал это в последний раз, у меня явно не очень хорошо получилось.
Мэдди усмехнулась:
— Уверена, у тебя получится на этот раз.
Он с плутовской улыбкой наклонил голову и чуть прикусил ее грудь.
— Тогда, Мэдди Маккаррик, давай окончательно оформим этот брак.
Когда она протянула к нему руки, чтобы привлечь к себе. Итан провел тыльной стороной пальцев по ее животу.
— Как приятно, — сказал он. — Ты тоже нервничаешь?
— Правду?
— Правду.
— Я немного напугана, Итан.
— Я буду действовать не спеша. Тебе не будет больно. Мэдди покачала бедрами.
— Мне уже больно.
— Видит Бог, мне тоже. — Он нежно приложил ладонь к ее лону и со стоном погрузил палец внутрь. — Ангелочек, тебе нужно расслабиться.
— Я не могу, — с несчастным видом прошептала она. — Может быть, нам следует подождать еще? Что-то я боюсь.
Итан прильнул к ее шее.
— Мэдди, позже ты не будешь подготовлена больше, чем сейчас. Чем дольше мы будем ждать, тем сильнее тебя будут донимать предрассудки. Теперь я понял это.
— Но ты вел себя так ужасно в первый раз. В моем кошмаре, как только я поддаюсь, ты с самодовольной жестокой ухмылкой говоришь отвратительные вещи. А потом…
— А потом?
— Потом ты покидаешь меня.
— Мэдди, девочка, теперь ты со мной и никуда не уйдешь от меня, — сказал Итан и, чтобы поднять ее настроение, добавил: — Но лучше тебе постараться,