Из отчёта губернатору Харьковской области: «… на данный момент есть связь только с отдельными городами области. Радиосвязь с внешним миром установить не удаётся. Связь со спутниками отсутствует. Восстановить энергоснабжение на данный момент не удалось…»Что произойдёт, если люди, живущие в начале XXI века, в один момент окажутся выдернутыми из тихой и размеренной жизни и попадут под молот наступающих немецких дивизий в круговорот событий, которые изменят историю человечества?
Авторы: Самойлов Константин
где?
— Так вон же, умывальники стоят в концах коридора, — на этот раз для разнообразия, и для того, чтобы отвлечь Лиду от загрустившего Сердюка, отвечал я.
— Сами умывайтесь в своих рукомойниках и в сортир на улицу ходите. А я не доярка, я инженер. У меня, между прочим, высшее техническое образование есть, — причитала наша красавица, — я сюда приехала не коров пасти, а танки разрабатывать. Гады вы все и сволочи. Вот вы кто.
— А вот о танках, Лидия Ивановна, кричать не стоит, — машинально ответил Сердюк.
— Лида, если вам понадобится уединение, то просто скажите нам. Мы вполне можем часок на улице погулять. Вы только в дождь нас не выгоняйте, и всё нормально будет, — ехидно сказал пожилой мужик, которого я ещё в поезде видел в одном купе с девушкой.
Почему мы гады и сволочи, я выяснять не стал, а просто помог вконец расстроившейся девушке занести вещи в её «комнату», которую Лида, несмотря на плач, выбрала так, чтобы не дуло от входа и не было слышно воды из умывальника. Оставив всхлипывающую Лиду распаковывать сумки, я вернулся в Красный Уголок, где продолжалась беседа с Сердюком.
— Вам будет предоставлено трёхразовое питание в заводской столовой, — продолжал ранее начатую мысль Сердюк, — завтрак в 7:40 утра, обед в 12:30, ужин в 18:30. Могу вас обрадовать, столовая находится возле нижних проходных, так что далеко идти вам не придётся. Тем не менее, прошу не опаздывать. На обед сегодня вы уже опоздали, а вот на ужин я за вами зайду в 18:00. Заодно выдам ваши пропуска. Прошу быть готовыми к этому времени. Я вам сразу и небольшую экскурсию по заводу устрою, — сделав паузу, Сердюк продолжил, — к сожалению, товарищи, мы были вынуждены поселить вас в этот барак, в связи с, — он на секунду запнулся, подбирая формулировку, — с определёнными трудностями. Могу вас заверить, что в течение недели мы найдём вам более подходящее жильё.
Распрощавшись с нами на этом, Сердюк вышел из помещения, а мы начали заселяться. Не сговариваясь, мы с Бондарем выбрали соседние с Лидой комнаты. И я вошёл в помещение, в котором предстояло жить минимум неделю. Окно с пёстрыми занавесками, стены серого цвета, возле окна кровать с панцирной сеткой и тонким матрасом, ватным одеялом и подушкой без наволочки. Рядом стол с табуретом и тумбочка. Не густо, прямо скажем. Я привык к большему комфорту. Ну да ладно, будем осваиваться.
Я положил сумку на пол, повесил куртку на гвоздик, исполняющий роль вешалки и, с грустью посмотрев на измазанные в грязи туфли, полез доставать более подходящую для местных условий обувь. Хоть в Харькове меня и все отговаривали, но я помимо осенних туфлей и резиновых тапочек взял с собой берцы. Теперь же я ясно понял, что я не прогадал, и по местным дорогам ходить в другой обуви будет себе дороже. Так, что там у нас дальше. Точно, надо проверить, что из еды, которую с собой в поезд брал, осталось. Хорошо, что всё скоропортящееся в поезде съели. Что у нас там? Всего-навсего по банке паштета и сардин и пачка печенья. Если совсем уж отвратно кормить будут, чему, кстати, не удивлюсь после того как барак этот увидел, можно будет денёк продержаться на своих продуктах. Ладно, продуктовую ревизию закончил, самые необходимые вещи достал, теперь можно и в гости к соседям сходить. И я с чистым сердцем пошёл к Бондарю.
— Саня, к тебе можно? — сказал я, остановившись перед шторой, закрывавшей вход в его комнату.
— Конечно можно, заходи Лёха.
Я отодвинул штору и прошёл в комнату Бондаря. Она была точной копией моей, за исключением того, что у него на стене вместо гвоздиков, была прибита настоящая вешалка с крючками, на одном из которых уже висела ветровка Сани. Бондарь, как и я, не стал переодеваться, а всего лишь обул тапочки и снял куртку.
— Как устроился, — спросил меня Саня.
— Ты так спрашиваешь, как будто моя комната отличается от твоей. Хотя подожди. Отличается. Судя по всему у меня обычный номер, а у тебя VIP.
— С чего ты взял? — удивился Бондарь.
— А у тебя вешалка есть. А у меня специально обученный гвоздик в её роли.
— Нашёл чему завидовать. Ты бы ещё цвета занавесок сравнил. Пойдём лучше к нашей красавице спортсменке и комсомолке сходим.
— Идём. Узнаем, как она там.
Мы вышли в коридор и, подойдя к Лидиной комнате, спросили, можно ли нам войти к ней.
— Да, входите, — ответил довольно бодрый голос. По крайней мере, в нём уже не было всхлипываний.
Комната Лиды ничем не отличалась от наших, за исключением того, что вешалки в ней не было, а был клон гвоздя из моего места проживания. На столе лежала косметичка с зеркальцем, а сама девушка уже успела переодеться в спортивный костюм.
— Как вы тут? — поинтересовался Саня.
— Пытаюсь привыкнуть. И давайте на «ты» перейдём. Всё
