Если завтра война

— Согласно алфавитному порядку, в среднем по три человека на квартиру, — ответил капитан.
— Нет, так не пойдёт. Вот у нас с Алексеем фамилии даже рядом не стояли. А нам бы хотелось попасть в одну квартиру, — запротестовал Бондарь.
— Ладно, посмотрим, что можно сделать, — отмахнулся от него Сердюк.
В общем, в конце концов, мы с Саней и Лидой добились того, чтобы нас поселили вместе в находящийся недалеко от бараков пятиэтажный дом. Именно его мы видели с Саней во время нашей первой прогулки по Сталинграду.
Для того чтобы в субботу не тратить лишнее время на упаковку вещей, мы занялись этим в оставшееся до сна время.
— Лёха, а ты помнишь, что мы завтра идём в кино, а потом на танцы? — спросил меня Бондарь, складывая в сумку джинсы.
— Помню, как же не помнить. А ты Лиде сказал?
— Конечно, сказал. А ты почему спрашиваешь? К Свете поприставать хочешь? А не староват ты для неё?
— Ну, не знаю, как я, а вот ты точно староват, пень трухлявый.
— Между прочим, от пня слышу. Забыл, кто тебя танцевать учил, пока никто не видел?
— Помню-помню, и всячески благодарен вам с Лидой за науку. Но вот за старого могу в глаз дать.
— Леха, ты чего, в загул что ли решил податься? Ты смотри, тут нравы не такие как у нас. Если что, в самом лучшем случае, по морде схлопочешь, а в худшем, так и жениться придётся, — Саня даже передёрнул плечами от этой ужасной перспективы.
— Ужас какой. Пока не женат, и жениться не собираюсь. Да и кажется мне, что сильно ты преувеличиваешь, Саня. Вон, почитай любые мемуары, да там все старались ППЖ обзавестись.
— Ну ты сравнил божий дар с яичницей. Это же война, да и ППЖ далеко не у всех были, а в основном у комсостава. И женились потом многие на них. А тут, — начал перечислять Бондарь, — во-первых, сейчас мирное время, во-вторых, эти студентки-первокурсницы далеко не те девушки, которые на фронте были. Может я и утрирую, но имей ввиду, руки лучше не распускать.
— Понял, — ответил я. — ладно, давай лучше вещи собирать.
Упаковка вещей не заняла много времени, благо было их всего ничего, а новыми шмотками в Сталинграде мы обзавестись ещё не успели. Да и не очень-то и хотелось честно говоря — всё-таки за прошедшие годы мода несколько изменилась. Хотя, скажу честно, местная одежда меня поначалу заинтересовала. Но, после того, как мы с Саней по совету Сердюка посетили ателье готовой одежды с целью приобретения неброского костюма дабы не выделяться из толпы, весь интерес пропал. Первоначально планировалось, что в ателье пойдём только я и Бондарь, но стоило Лиде прослышать, куда мы идём, как она поставила нам ультиматум — либо идём все вместе, либо она с нами больше не дружит. Что ж, пришлось идти втроём.
Пока Альберт Моисеевич, а именно так звали портного, общался с Лидой, тот час же загоревшейся идеей заказать себе новое платье, я с удивлением рассматривал мужские брюки унылого серого цвета с застёжкой на боку. Покрутив их в руках, поворачивая так и этак, и пытаясь понять, в чём тайный смысл делать ширинку на таком экзотическом месте как бедро, но, так и разгадав этой загадки, положил штаны на место. В общем, с портным мы пошли на компромисс — он обязывался сшить по костюму из своего материала, но с учётом наших рационализаторских предложений. Правда с Лидой такого компромисса не вышло — девушка настояла на своём фасоне платья, и Альберту Моисеевичу ничего не оставалось, кроме как согласиться. И, что интересно, этот работник нитки и иголки после того, как выслушал нас, сразу же стал записывать всё то, что мы ему наговорили. Так что даже если мужская мода в Сталинграде не изменится, то вот женскую ждут большие потрясения… В общем, костюм должен быть готов только на следующей неделе, так что, новых вещей в моём гардеробе не добавилось а, следовательно, и сумка не увеличилась.
Закончив собирать чемоданы, мы с Бондарем ещё минут пятнадцать ждали Лиду. Наконец наша девушка вышла в коридор и сообщила, что полностью готова к переезду.
— Ну вот и хорошо, — сказал Сердюк, — идёмте на улицу. Машина для вас уже стоит у входа.
Обещанной машиной оказалась обычная полуторка с двумя лавками в кузове. Посадив Лиду в кабину грузовика, мы расселись в кузове и отправились к новому месту жительства, несмотря на то, что пешком до этого дома можно было дойти минут за пять — десять.
Грузовик въехал в нужный нам двор и остановился возле второго подъезда.
— Всё, товарищи, приехали, — сказал водитель, открыв дверь кабины и спрыгнув на асфальт, — давайте разгружать вещи.
Мы выгрузили сумки из кузова и, взяв их в руки, вошли в подъезд.
— Какой номер квартиры? — спросил Саня у Сердюка.
— Двадцать девятая. На третьем этаже.
Поднявшись по лестнице, мы оказались