Из отчёта губернатору Харьковской области: «… на данный момент есть связь только с отдельными городами области. Радиосвязь с внешним миром установить не удаётся. Связь со спутниками отсутствует. Восстановить энергоснабжение на данный момент не удалось…»Что произойдёт, если люди, живущие в начале XXI века, в один момент окажутся выдернутыми из тихой и размеренной жизни и попадут под молот наступающих немецких дивизий в круговорот событий, которые изменят историю человечества?
Авторы: Самойлов Константин
тоже стоит знать. Вам уже третий десяток каждому идёт, а всё как дети, не угомонитесь.
— Дык, а что тут такого? И вообще, ты должна знать, что мужики те же дети, только с большими причиндалами.
— Да по вам заметно, что вы оба как были детьми, так ими и остались. Подростки, блин. инфантильные.
— Повторяешься, Лида. Подростки, они по умолчанию инфантильные, если только что-то экстраординарное не произойдёт.
— Угу. Как, например, Великая Отечественная. И придётся этим подросткам вместо взрослых вкалывать по полной.
— Или так, или воевать, — не стал спорить с девушкой Бондарь.
Наконец, мы зашли домой. Хотя, почему, наконец? Тут ведь идти всего ничего от проходных.
Зайдя в комнату, я первым делом разулся и дал отдохнуть ногам после рабочего дня. Затем мы немного перекусили, попили чай и разошлись по своим комнатам.
Я глянул на часы и заметил, что настало время идти на встречу со Светой.
— Лёха, ты хоть зубы почисть, а то ещё станешь с девушкой целоваться, а у тебя, что называется, будет несвежее дыхание. Всё малину себе испортишь.
— Без тебя, знаю, Саня. Не маленький уже, не в первый раз с девушкой на встречу иду.
— А скажи, ты ей цветы дарить будешь сегодня? — ехидно поинтересовался Бондарь.
— Нет, не буду. Во-первых, у меня с ней не свидание, во-вторых, она не в моём вкусе.
— Рассказывай-рассказывай. Посидишь тут ещё немного, и любая девушка в твоём вкусе будет.
— Я ж не ты, чтобы кидаться на любой объект, оборудованный сиськами и не только сиськами, — отпарировал я.
— Ладно, иди уже. Потом расскажешь, как всё прошло, — примирительно сказал Бондарь.
Я набросил куртку и пошёл в сторону проходных. Благо, как я уже говорил, идти было метров 400 от силы.
Светы на месте ещё не было, и мне пришлось подождать ещё минут десять, пока девушка не подошла.
— Добрый вечер, Алексей, — поздоровалась она со мной.
— Привет, Света. Как у тебя дела? — ответил я фразой, ставшей банальностью в нашем мире.
— Всё хорошо. А у тебя как? — видимо, стоило один раз произнести «как дела?», как это стало заразным.
— Тоже всё хорошо. Сегодня практика в цеху была. Знаешь как там интересно? — и Света начала грузить полным описанием сегодняшнего дня, чем поставила меня в тупик.
— Свет, это всё очень интересно, но давай определимся, куда гулять пойдём? А как пойдём, так ты и продолжишь свой рассказ.
— Ой, а давай по берегу Волги пройдёмся. И идти не далеко, и красиво там сейчас.
— Давай не вопрос.
Мы направились в сторону реки, пройдя мимо нашего дома. Я ещё обратил внимание, что светилось окно на кухне. Видимо Саня с Лидой чаи гоняли.
Света продолжала щебетать о чём-то своём, я же слушал её в пол уха, залюбовавшись на вечернюю Волгу, по поверхности которой проплывал небольшой пароход.
— Слушай Лёш, а ведь ты похож на одного моего друга, — неожиданно пронеслась фраза в моём сознании.
— Чего-чего? — опешил я.
— Я говорю, ты похож на одного моего друга.
— На какого? — спросил я в прострации.
— На самого лучшего.
— Лёш, тебе обязательно сейчас уходить?
— Конечно, Ань. Увольнительная заканчивается. Надо в училище возвращаться.
— Никак не привыкну к тому, что мы тобой только на выходных можем быть вместе.
— Аня, если бы не этот перенос, то мы бы вообще не познакомились. Сомневаюсь, что ты бы заинтересовалась судьбой лётчика, пропавшего без вести на втором году войны.
— Лёша, не начинай пожалуйста. Тем более, что в этот раз история идёт по-другому. Мы же с тобой познакомились.
Перед Алексеем мысленно пронеслись события последних трёх месяцев. Полёт над городом 22 июня, карантин в Ахтырке, знакомство, а затем бурный роман с медсестрой Аней. Перевод в Харьков для переподготовки в числе первой партии командиров. И вот он в городе, ставшим, благодаря Анне, ему родным. А ведь могло быть и так, что сейчас он был бы один.
Спустя неделю после перевода в Харьков, когда первые впечатления о городе уже улеглись и не вызывали того удивления, что было в первые дни, у эскадрильи Панова начались первые занятия на компьютерном авиасимуляторе. Нет, конечно, они не могли заменить лётной практики, но вот помочь в изучении основ новой боевой тактики могли.
Особенно запомнилось Алексею первое знакомство с историей Великой Отечественной войны, а точнее с первыми месяцами этой войны, когда авиация страны советов понесла свои самые большие потери за всю свою историю. Это просто в голове не укладывалось — как могучая и непобедимая могла растерять свою мощь
