Если завтра война

просто-напросто не могло быть.

Командир 99 стрелковой дивизии генерал-майор Андрей Андреевич Власов стоял в приёмной Сталина, ожидая приглашения в кабинет к вождю. Власов не мог понять, из-за чего его так срочно вызвали в Москву на аудиенцию к Иосифу Виссарионовичу.
Вроде бы особых прегрешений не совершал, дивизия на хорошем счету, тем более не ясны причины, по которым Сталин захотел видеть его в Кремле. Из-за этого Власов нервничал, но внешние признаки волнения проявлялись только в том, что Андрей всё время машинально протирал платком линзы своих очков.
Наконец, сидевший на своём месте Поскребышев обратил на генерала внимание и сказал, что можно заходить. Власов зашёл в тамбур и, прикрыв за собой дверь, вошёл в кабинет Сталина.
Иосиф Виссарионович был один. Он просматривал какие-то бумаги, лежащие перед ним на столе. Сначала показалось, что присутствия Власова хозяин кабинета и не заметил вовсе. Но вот, Сталин, отложил бумаги, и взглянул на генерала.
— Здравствуйте, гражданин Власов, — от этих слов повеяло холодом, — вы пока присаживайтесь.
Сталин явно не ждал ответа от Власова, поэтому тот последовал совету вождя, и сел на предложенный стул.
— Вы, наверное, хотите знать, почему товарищ Сталин вызвал к себе одного из лучших командиров Красной Армии, — в голосе явно чувствовалась угроза, — что же, я не буду долго держать вас, гражданин Власов, в неведении. Вот, ознакомьтесь, — Сталин протянул генерал-майору обычную картонную папку и снова углубился в изучение своих бумаг.
Власов посмотрел на полученную папку — ничем ни примечательная папка из серого картона перевязанная тесёмкой. Таких тысячи используются в канцелярском деле. Всё самое обычное. Вот только на приклеенной бумаге, закрывавшей строки с названием дела, были напечатаны незнакомым шрифтом его инициалы и две даты: 01.09.1900 — 01.08.1946.
— Вы не бойтесь, вы читайте, — Сталин приободрил Власова, на мгновение оторвавшись от бумаг.
Генерал-майор дрожащими руками развязал непослушный узел тесёмки и открыл папку. Внутри находилось несколько стандартных листов бумаги, а также несколько фотографий. Андрей Андреевич углубился в чтение.
На нескольких листах уместилась вся его история жизни. Рождение в селе Ломакино, мобилизация в Красную Армию в марте 1920, участие в боевых действиях, военное образование, преподавание, служба в Киевском и Ленинградском военных округах, командировка в Китай, полученные награды от Чан Кай Ши. И, как венец сегодняшнее место службы 99-стрелковая дивизия. Вот только один нюанс — на этом биография, изложенная на листах из папки, не заканчивалась. Оказывается Андрей Андреевич был награждён орденом Ленина в феврале 1941 года, а в январе этого же года был назначен командиром 4-го механизированного корпуса Киевского особого военного округа. Далее буквально в паре строк было написано об участии Власова в Великой Отечественной войне, в частности, о получении звания генерал-лейтенанта. Но вот информация о пленении Власова 13 июля 1942 и его дальнейшей судьбе была расписана довольно подробно. Особое внимание неизвестные составители биографической справки уделили созданной Власовым Русской Освободительной Армии. Ну и в завершение, были даны сведения об его пленении советскими спецслужбами и дальнейшем смертном приговоре, который и был приведён в исполнение 1 августа 1946 года. Ко всему этому прилагались фотографии Власова во время его службы в РОА и во время суда.
Да, эта папка была его смертным приговором. И за меньшее расстреливали. Власов отложил прочитанные листы и взглянул на Сталина — что же, если настало время умирать, то нужно хотя бы умереть с честью.
— Вижу, что вы поняли, почему мы вызвали вас в Москву, — начал Сталин, — Как же это так получается, мы вам орден Ленина вручаем, ромбы генерал-лейтенанта даём, а вы вот так просто плюёте на Советскую власть?
— Товарищ Сталин, я не предавал Советскую Власть, то, что здесь написано это клевета.
— Клевета это или не клевета, не вам решать. До вас уже должны были дойти сведения о Харькове. Значит должны понимать, что информацию о вас мы можем достать любую.
— Могу ли я доказать вам, что я не предавал вас?
— Каждый из нас может сделать ошибки, о которых будет потом жалеть. Вот только не каждый потом может получить шанс на то, чтобы эти ошибки исправить. У вас, товарищ Власов, уникальная ситуация. Мы знаем, что вы один раз предали идеалы марксизма-ленинизма, мало того, вы предали советский народ, обратив своё оружие против него. С другой стороны, учение научного материализма