Если завтра война

Ваши сведения имеют отношения к эпидемии?
— И да, и нет. К нам вчера попал русский из этого Kharkoff, где, по словам русских, и была эпидемия. Собственно этого человека задержали полисмены, а затем передали нам. Уж очень он подозрительно выглядел, и говорил такое, что его уже хотели было отправить в психушку. Вот только при себе он имел некие устройства, которые заставили поилсменов обратиться к нам.
— И что же говорил этот человек?
— А говорил он, что на самом деле никакой эпидемии в Kharkoff не было. Произошло гораздо более неожиданное событие, а именно вместо того города, который был у Советов, к ним переместился город из будущего. И этот человек тоже из будущего.
— Джонатан, вы не пьяны случаем?
— Хотел бы я быть пьяным, сэр. К сожалению, я вынужден оставаться трезвым. Я знал, что вы мне не поверите. Для этого я специально взял с собой один из приборов, которые были у задержанного. Вот смотрите, — с этими словами Смит достал из кармана небольшую плоскую серую коробку, — смотрите сэр, тот человек называет это устройство персональным коммуникатором.
Смит откуда-то из коробки небольшую палочку, сделанную из того же материала, что и коробка, и дотронулся до поверхности предмета. Внезапно поверхность засветилась, и Галифакс заметил на ней надписи на английском языке.
— Что это такое?
— Насколько я понял из объяснений, это электронно-вычислительная машина, в которой можно хранить информацию. И по словам задержанного, здесь есть информации о событиях, которые произойдут в течение ближайших 68 лет. Правда, он надеялся на более мощный аппарат, но в него попала пуля русских пограничников, когда перебежчик пересекал границу. И теперь он представляет собой набор деталей. А в этом же ком-му-ни-ка-то-ре перебежчик хранил резерв информации, на всякий случай. Но, к большому сожалению, насколько я понял из его объяснений, емкость памяти здесь гораздо меньше, чем в его основном приборе, поэтому у нас есть всего несколько книг, которые он считал наиболее важными.
— Хорошо, допустим, вы меня убедили, — Галифакс был опытным политиком и умел с ходу приспосабливаться к ситуации, какой бы невероятной она ни была. Что сказал это ваш задержанный о будущем?
— О, мы только начали работать с ним, но сказать успел он уже многое. Пожалуй самое важное, что он сообщил, это то, что в результате войны, которая сейчас идёт Англия растеряет все свои колонии, и превратится из мирового лидера чуть ли не в придаток США, а на континенте появится новый гегемон — русские, которые сокрушат немцев. И всё это произошло в будущем, откуда прибыл задержанный, без помощи пришельцев из будущего, при активном участии нынешнего премьер-министра Черчилля, — Смит достал из папки, которую до этого не выпускал из рук несколько листов бумаги, — здесь то, что мы успели перевести к этому времени. Немного конечно, но мои люди стараются изо всех сил. Думаю, вас это заинтересует.
— Вы кому-нибудь ещё сообщали о том, что знаете?
— Кроме меня и людей, непосредственно работающих с задержанным, этого никто не знает. Но больше я скрывать это не могу. Максимум завтра утром информация уйдет наверх.
— Хорошо, Джонатан, я рад тому, что вы меня первым поставили в известность. Действовать надо немедленно. Сейчас каждый час на счету.
Распрощавшись со Смитом, Галифакс взял в руки телефонную трубку. Предстояло совершить несколько крайне важных телефонных звонков.

Да, такого как сегодня я ещё не видел. Нет, ну конечно видел что-то подобное в Екатеринбурге 9 мая 2008 и по телеку парад Победы в Москве 9 мая этого же года. Ну и в 1999 году на день независимости Украины в Харькове был парад с бронетехникой, но он мне не очень понравился — уж очень большая была тогда толкучка и на танчики посмотреть толком не удалось. Городские власти правда парады Победы пытались проводить каждый год, и даже с участием бронетехники. В 2007, например, выкатили для этого прототип БТР с завода Малышева. Современный же БТР, со стоящим на нём человеком из клуба исторической реконструкции, размахивающим ТТ, для того чтобы БТР освободили дорогу, тогда смотрелся очень экстравагантно. Знал бы кто тогда, что чуть позже, чем через год, сотрудники НКВД в Харькове станут обыденностью, может и уехал из города от греха подальше. К чему это я? К тому, что 23 августа 1943 года считается днём освобождения Харькова от немецко-фашистских захватчиков, и заодно, по совместительству, днём города. Этот праздник, вместе с 9 мая, в городе всегда чтился любыми городскими властями, уважавшими, подвиг своих предков. Теперь же, когда мы оказались среди тех