Из отчёта губернатору Харьковской области: «… на данный момент есть связь только с отдельными городами области. Радиосвязь с внешним миром установить не удаётся. Связь со спутниками отсутствует. Восстановить энергоснабжение на данный момент не удалось…»Что произойдёт, если люди, живущие в начале XXI века, в один момент окажутся выдернутыми из тихой и размеренной жизни и попадут под молот наступающих немецких дивизий в круговорот событий, которые изменят историю человечества?
Авторы: Самойлов Константин
Основной посыл явно предназначался соседним державам, несмотря на то, что официально их представителей в городе не было, по крайней мере, об этом не писали в газетах и не говорили по телевизору.
Лаврентий Берия находился в комфортабельном салоне самолёта Ан-140, следовавшего по маршруту Харьков-Москва. Несмотря на то, что в салоне, в отличие от пассажирских самолётов первой половины ХХ века, не гуляли сквозняки, присутствовали мягкие кресла с подголовниками, спинку которых можно было при желании откинуть назад и превратить в некий аналог кровати; несмотря на работающий в салоне кондиционер и стюардесс, разносящих прохладительные напитки, прямо как в какой-нибудь буржуазной стране, Лаврентий Павлович чувствовал себя неуютно. Хорошо, ещё что рейс, которым летел Берия, был единственным в расписании Харьковского аэропорта и попадал на сегодняшний день, и ему не пришлось срочно выискивать свободный самолёт, хотя в этом случае, машина нашлась бы без проблем. Несмотря на то, что самолёт был полон, наркома НКВД сначала хотели усадить одного без соседей, но Берия отказался, и рядом с ним уселся его же порученец. Охрану в полёт решил не брать — всё равно кого попало в самолёте быть не могло. В Москве же наркома должны встретить люди из его ведомства.
Всё началось сегодня утром. Берия находился в цеху работающего круглосуточно и без выходных, харьковского авиационного завода с инспекцией. Лаврентий Павлович слушал доклад директора завода, когда из кармана пиджака наркома раздалось пиликание мобильного телефона. Лаврентий Павлович извинился, отошёл в сторону и достал телефон — на экране высветилась надпись «Сталин»
— Слушаю вас, товарищ Сталин, — сказал Берия нажав клавишу ответа и поднеся трубку к уху.
— Лаврентий, ты в курсе последних новостей из Англии?
— Да, товарищ Сталин я слежу за новостями.
— Тогда, Лаврентий, ты должен сегодня же прибыть в Москву с подробным отчётом о том, что известно о происходящем твоим людям.
— Хорошо, товарищ Сталин.
В трубке раздался щелчок, и соединение оборвалось. Берия вернулся к ожидающим его директору завода и своему адъютанту, которым уже почти месяц служил молодой парень Юрий Андропов. Юра до сих пор не мог понять, как он, глава областного отделения комсомола в Ярославле попал в порученцы к самому наркому НКВД.
— Товарищ Петров, прошу меня извинить, но я должен вас покинуть. Продолжим инспекцию позже, — распрощался Берия с директором ХАЗа.
— Юра, позвони в аэропорт, и уточни, успеваем ли мы на сегодняшний рейс в Москву.
— Сейчас, товарищ Берия
Пока Берия шёл к своей машине, стоящей рядом с проходной завода, Андропов успел позвонить в аэропорт и узнать, что рейс сегодня есть. Вылет назначен через 20 минут, но для наркома НКВД сделают исключение и задержат вылет до его прибытия в аэропорт.
Всю собранную информацию Андропов доложил Берия, когда тот уже собирался садиться в чёрный бронированный «Гелендваген», который был его служебной машиной в Харькове.
— Хорошо, товарищ Андропов, перезвони в аэропорт, и скажи, что будем через 40 минут.
До аэропорта, находящегося в другом конце города, доехали быстро, и сейчас Берия сидел в кресле уже взлетающего самолёта.
Перед взлётом стюардесса, пройдя мимо других пассажиров, подошла к Лаврентию Павловичу и его адъютанту и попросила выключить мобильные телефоны. Её просьба была неудивительной, ведь всю технику, выпущенную в будущем, кроме той, на которую имелось специальное разрешение, запрещалось вывозить с территории Харьковской области. А телефоны в самолёте были только у Берии и Андропова
Берия достал из кармана пиджака пошитого, кстати, в Харькове, смартфон финской фирмы Нокиа. При выборе телефонов для представителей СССР встала проблема выбора подходящей модели. Вначале кто-то сделал предложение взять самые простые телефонные аппараты, как наиболее лёгкие в изучении. Но внезапно оказалось, что время, которое тратится на обучение по использованию более продвинутого аппарата не сильно больше, чем время, которое будет затрачено на освоение простого телефона. Поэтому, в конечном итоге, остановились на серии смартфонов, предназначенной для деловых людей.
Помнится, товарищ Сталин, когда впервые увидел предложенный ему аппарат, долго на него смотрел, затем неторопливо раскурил свою знаменитую трубку, и лишь после этого произнёс вроде бы ни к кому не обращаясь:
— Так вы говорите, товарищи, что среди всех аппаратов сотовой связи нет ни одного выпущенного в… — Сталин на секунду задумался, подбирая подходяще
