Естественный отбор

в такой ситуации насилию было практически бесполезно, но я все-таки попробовала, уперев руки в грудь Сарториуса.
– Четвертый закон Льютона, – менторским тоном просветил меня похититель, – тело, зажатое в угол, не сопротивляется!
– Что, – зашипела я его подбородку, так как не хотела смотреть в глаза, – потребуешь исполнения супружеского долга?
Это я о чем? Я же собиралась сказать совершенно другое! Я же хотела развода попросить… даже потребовать!
– Нет, – ответил он мне безразличным тоном.
– Это еще почему?! – вскинула голову, гневно сверкая глазами.
Да что же это я делаю? Нет чтобы вздохнуть спокойно, порадоваться, что не нужна я ему в этом качестве! А я ему сцены закатываю… Почти.
– Потому что ты сама у меня этого попросишь!
Нахал! Да чтобы я попросила у мужчины этого самого долга?! Даже у собственного… хм… мужа?! Да не дождется!
– Никогда! – пропыхтела, сильнее упирая в него дрожащие руки.
И чего это меня трясти начало при мыслях о том, что можно ощущать при этом… исполнении. Спасибо друзьям хиппам, просветили!
– Посмотрим! – сказал так же равнодушно и слишком самоуверенно.
– Смотри! – буркнула обиженно и еще сильнее уперла руки ему в грудь. Только потом почувствовала, что он меня обнимает за талию, и не только за нее.
Хм, так эти ощущения у меня не от воспоминаний о танце Огня. Это я так сама реагирую! Угу… Конечно, у него руки-то длиннее моих.
– Петра, – тон его голоса изменился кардинально, – объясни мне, что с тобой случилось?
В это время дверь в каморку открылась, в нее заглянул Алберт, увидел мою хмурую задумчивую физиономию, выглянувшую из-за плеча Вольфа, хмыкнул и пробубнил:
– А-а-а, вы ссоритесь? Ну ссорьтесь, ссорьтесь…
И исчез.
– Ты ушел от меня, – прошипела обиженно. Причем сама не поняла, на что я в данный момент обижаюсь больше. На его уход или на его коварные ласки, которые мешают мне думать логически.
– Да, но так было надо! И ты сама отпустила меня.
Теплые золотые звездочки в его глазах завораживали меня.
– Ты опять воспользовался моим беспомощным состоянием! – Он удивился, вскинув брови. – Я спала!
– Ты не спала. Ты разговаривала со мной. Я тебе объяснил, и ты поняла!
– Я ничего не поняла! Это было так… так ужасно! – Сердце сжалось от воспоминаний. – Я подумала, что это был страшный сон, что мне это все приснилось, а наяву ты остался со мной! Почему ты ушел?
– Потому что твоей жизни и нашему счастью угрожала опасность!
Он смотрел на меня с такой болью, что мне стало страшно. Чего же такого я избежала? Или еще не избежала?
– Какая? – спросила тихо-тихо, опустив голову.
– Ты получила благословение Тиу от Ваха… перед тем, как я успел его уничтожить.
Мои ноги подкосились. Я поняла, что так испугало Вольфа в тот момент, когда я сообщила ему о том, что король Бернард меня удочерил. Этим указом наш великодушный король подписал мне смертный приговор.
Благословение Тиу… Благословение смертью… Страшнее любого проклятия, любой порчи, потому что не снимается ни одним ритуалом, ни одним контрзаклинанием. Только силой любви. Но для этого влюбленным надо сделать практически невозможное за очень короткое время, так как благословение пожирает разум того, кто его получил.
Тиу… Очень давно так звали девушку, любившую парня, имя которого кануло в веках. Он тоже любил ее, и был уже назначен день свадьбы. Но… красивая и смелая, да еще богатая и титулованная особа соблазнила его, и даже взяла в мужья. По стечению обстоятельств день их свадьбы совпал с назначенным днем свадьбы с Тиу. После обряда обручения на пороге дома, где проходило торжество, появилась девушка в свадебном платье. Это была Тиу. Она благословила молодоженов, пожелав им пройти через те страдания, которые пришлось пережить ей, и закрепила свои слова смертью, вонзив кинжал в свое истерзанное сердце. Ее неверный возлюбленный умер после этого через месяц, а его жена вскоре закончила жизнь в доме скорби.
С тех пор, если жених имеет более низкий социальный статус, чем невеста, их можно «благословить» таким образом. Последствия всегда одинаковы. Женщина сходит с ума и умирает лет через пять. Мужчина умирает в течение месяца. Чтобы нейтрализовать благословение Тиу, жених должен повысить свой титул до титула невесты, но не наоборот. Или они должны быстро разлюбить друг друга. Еще можно расстаться, но и тогда благословение медленно, но верно будет действовать на женщину, возжелавшую в мужья низкородного.
Я была обречена. Именно на это рассчитывал Вах, скорее всего знавший о завещании короля Форнира.
– Почему ты не сказал? – Запоздалый страх покрыл мое тело холодным