Естественный отбор

– Сразу, как только улеглась в шезлонге, – ответила спокойно, словно не бушевали в душе шторма.
– Вечером?
– Да. И продолжалось всю ночь. Но я боялась идти в темноту, дождалась рассвета и тогда уже пошла.
– Ты слышала шепот всю ночь?
Хлор! Вопросы задает, словно диагноз ставит.
– Я не слышала. Я слушала. Это был Зов!
– Зов? – Вольф поднял на меня внимательный взгляд. – А ты его помнишь?
Я поняла, что он о-о-очень хочет услышать сакральные слова. А я не должна их ему говорить.
– Помню, но не скажу. – Мне трудно было ему отказывать, но так было надо. – Я не могу. Не должна.
– Почему? – Он смотрел на меня с любопытством алхимика. Обиды не было. Было желание разобраться в тайне, приоткрывшейся ему случайно.
– Вы помните танец Огня? – Почему перешла на «вы», не поняла сама. Так получилось. Значит, так было надо… мне. – Чтобы соединиться со стихией в первый раз, надо обратиться к ней. Обратиться теми словами, которые потом станут для вас паролем, кодом. Эти слова будут известны только вам. Я не могу сказать их вам, учитель, потому что для меня они потеряют свою силу, а вам не дадут ничего.
Я смотрела на него спокойно. Чувства мои словно замерли. Он сидел и обдумывал мои слова, глядя мне в глаза. И я выдержала этот взгляд. Выдержала!
– Жаль… А что ты чувствовала, когда подошла к морю?
Что чувствовала, что чувствовала? Как это описать ему, чтобы не выглядело так интимно? Когда одно проникает в другое… Диффузия, однако.
– Море просочилось в меня… через кожу, соединяясь с моей кровью. Я почувствовала соленый вкус на губах. – Снова непроизвольно облизнула губы. Вольф проследил за моим движением глазами. – Поняла, что пора, и пошла. Все.
– А море звало тебя? – Снова внимательный взгляд естествоиспытателя, который разглядывает пойманную бабочку, насаженную на булавку.
Отвернулась к окну.
– Да. Еще оно зазвучало… симфонией. Я никогда такого не слышала.
– Именно из-за этой музыки мы с Джорджем не могли до тебя докричаться… – Констатация факта. – Петра, ты улыбалась тогда. Тебе было хорошо?
Энтомолог хлоров.
– Я была счастлива. Если бы не вы, – голос глухой, незнакомый, – я бы ушла в рассвет и… Спасибо!
– Всегда пожалуйста, – ответил Вольф механически.
По его виду я поняла, что профессор поймал мысль и ее думает. Встала из-за стола. Никакой реакции с его стороны. Отошла к окну. Эффект тот же.
Что ж, сегодня придется работать в автономном режиме. Учитель вне зоны доступа.
До самого обеда Вольф что-то увлеченно писал в своей тетради, время от времени задавая мне вопросы. Какой у меня вес? Надо ли самой повторять слова Зова? Когда пропал соленый вкус изо рта? И кучу других. Из своей лаборатории выглядывала Хлоя, кивала в сторону увлеченного Вольфа, вздыхала и уходила обратно. Я занималась полимерами. Благо процесс изготовления термопластов длительный. А потом их еще и испытывать надо.
– Петра, – Хлоя в очередной раз заглянула в нашу лабораторию, – надо идти на обед. Профессор наш в себя еще не пришел?
– Не-а. Как думаешь, стоит его с собой тащить или бутербродов ему там наляпаем?
– Давай сначала попробуем его оторвать от расчетов. Петь, а чем это он так увлечен?
– Пытается рассчитать формулы явления Идущей по волнам.
– Да?! А чего это он вдруг заинтересовался? – Она с любопытством заглянула в тетрадь Сарториуса. Тот недовольно на нее шикнул. – Это же легенда, не доказанное наукой явление!
– Вот он и доказывает.
Признаться подруге, что ли? Вот, Хлоя, смотри! Перед тобой особа, которая воплотила легенду в жизнь, разгуливая по волнам, аки посуху! А господин Сарториус был этому свидетелем, и даже участником и спасателем. И теперь, по горячим следам, так сказать, проводит математический анализ данного явления, фанатично выводя формулы… неизвестно чего. М-да.
– Ты что-то знаешь? – правильно оценила она мои раздумья.
– Тебе это надо? – Я с сомнением посмотрела ей в глаза. Мало тут одного одержимого ученого.
– Надо, наверное.
– Давай так, – приняла я решение, – идем обедать… втроем. По крайней мере, попробуем. А после обеда я тебе все расскажу. Боюсь, если ты это узнаешь сейчас, двоих вас я уже не дотащу.
– Договорились! Вольфганг! – почти крикнула Хлоя в ухо профессору. – Обедать пора!
– Угу! – не отрываясь от тетради. – Идите…
– А ты?
– Угу…
– Тогда вставай! – Сарториус послушно поднялся со стула, не прекращая, однако, писать. – Понятно… Петь, бери его под руку и веди, а я ему тетрадочку держать буду.
Таким манером мы и добрались до столовой. Перед самой дверью Хлоя снова попыталась