Если жизнь преподносит тебе лимон, сделай лимонад… А если жизнь подсовывает тебе принца? Что будет делать главная героиня? Правильно, отбрыкиваться от подарка Судьбы руками и ногами. Но Судьба, если уж чего решила, не привыкла уступать. Не хочешь принца? А как насчет короля? Тоже нет? М-да… Капризные нынче пошли героини. Не угодишь.
Авторы: Гордеева Евгения Александровна
творились и здесь, и на «Вилле Рос». Одного не учла Церцея. Дворец ведь тоже не дилетанты строили. Тут везде антимагическая защита стоит. Не больно-то и воспользуешься.
– А как же… – не поняла я этого момента, – мои заклинания работают!
– На бытовые защита не ставилась. Только на те, которые относятся к боевым, отравляющим, на те, которые на ментал воздействуют. Короче, криминальной направленности.
– А-а-а. Ясно… – Хм… – А как же?.. – Я припомнила обед с Александром. – Не поняла…
– Берц амулет отдала? – задал вопрос Вольф.
– Изъяли. Между прочим, папашино банкротство произошло по ее вине. – Жорж криво усмехнулся. – Месяцев пять назад господин Берц запустил какую-то сложную схему с отмыванием денег и последующим уничтожением и конкурентов, и некоторых партнеров. На днях должно было состояться подписание какого-то важного договора, где партнером выступал один непростой иностранный банкир. Без амулета Арчибальд такое дело провернуть, понятно, не смог. Схема рухнула. Он едва успел сбежать из страны, проклиная дочь. Кстати, амулет этот – ворованный.
– Хм. Ворованные амулеты несут своим обладателям беды и несчастья, – задумчиво произнесла Хлоя. – Всегда!
– Проклятие. Оно обычно закладывается при создании амулета, – подтвердил ее слова Вольф. – А члены семейства Берц, выходит, этого не боялись.
– Возможно, потомки не знали, что амулет в их семье находится незаконно. Но теперь он вернется к тем, кому принадлежал раньше. Устроим торжественную передачу. Тем более что представитель семьи во дворце гостит!
– Это Эрсель? – Жорж кивнул, а радостная Хлоя захлопала в ладоши.
– Надеюсь, Церцея не останется после этого на отборе. – Произнося это, Леда почему-то посмотрела на Вольфа.
Ах, ну да. Это ведь только я в курсе, кто тут главный. Хлоя, похоже, до сих пор в неведении пребывает. Что же вы, Ваше Высочество, так с любимой девушкой обращаетесь?
Жорж заметил мой ехидный взгляд и удивленно вскинул брови. Упс! Надо что-то срочно сказать! Желательно умное. Еще желательнее подходящее.
– На наши планы это не повлияет? – спросила тихо, изображая заговорщицу, чтобы только он услышал.
– Нет.
Уфф. Пронесло!
Ты, Петечка, что-то последнее время перестала за своими эмоциями следить. Как у ребенка все на лице написано. Безобразие!
– А как же Берта? – знакомо нахмурилась Хлоя. – Она ведь с Церцеей заодно была!
– Ее Берц очень профессионально использовала, – Жорж наконец подошел к ней и нежно обнял, – подставляя после Жозефины. Помнишь затертый след пси-излучения Берты, который Селена обнаружила на том акваланге? Церцея его с помощью амулета создала. Но Берту уже предупредили, что малейший чих в вашу сторону, и она может паковать багаж!
– Король милостив, – процитировала я Алберта.
Чего все так на меня уставились?
Волнения из-за банкротства и бегства главы семейства Берц через пару дней улеглись. Церцея, скрипя зубами, покинула дворец, не попрощавшись даже с Бертой. Впрочем, банкирша выцарапала бы ей при встрече глаза. Не знаю, кто рассказал Питбулю о замыслах Церцеи на ее счет, но бесилась она знатно! И столько заковыристых проклятий послала на голову «подруги», что, будь она хоть капельку магичкой, от всей семьи Берц даже нейтронов бы не осталось.
На одну соперницу меньше. Некоторых обрадовал сразу возросший шанс на победу, меня – на остаться в живых. Одна Берта уже таких опасений не вызывала. Да и хвост ей прищемили. Ведет себя паинькой.
Зато беспокойство вызывал Вольф, который третьи сутки безвылазно сидел во флигеле, обложившись кучей справочников, и выводил формулы. Мы по очереди и все вместе его навещали, заставляли есть, пить и… В туалет он ходил самостоятельно, а вот мыться забывал. И считал, считал, считал…
Иногда отрывался от тетради, смотрел на меня внимательно, вдумчиво и задавал очередной вопрос:
– Сколько слов в заветной фразе?.. Сколько гласных?.. Сколько слогов?..
Еще что-нибудь околонаучное. Я была уверена: то, что со мной тогда происходило, формулами описать невозможно. Это было за гранью науки. Даже за гранью магии. Это была ВЕРА. Моя вера в единство всего сущего. Точнее объяснить я не могла, как ни пыталась.
Но Сарториус был настойчив, даже упрям. Мы сошлись на том, что если человек хочет чего-то добиться, то мешать ему не стоит. Пусть его считает…
Тем более что нас самих ждало увлекательное путешествие в подземелье.
Жорж, как и обещал, раздобыл план подвальных помещений. Оказалось, что удобнее всего попасть на нижние этажи из восточного крыла. Но нам с Хлоей вход туда был запрещен. А в нашем, северном крыле подземелья
