«Эрик Фрэнк Рассел первый в списке моих любимых писателей — его произведения самые смешные из всех, когда-либо мной прочитанных» — это мнение о классике американской фантастики культового писателя современной Америки Джорджа P.P. Мартина. У нас в России слава и любовь к Расселу пришла в 70-е годы с появлением переводов его рассказов «Аламагуса», «Ниточка к сердцу» и других.
Авторы: Рассел Эрик Фрэнк
месяца назад и направил Ромму на согласование.
— Зачем?
— Потому что за лесное хозяйство отвечает он.
— О священная корова! — воскликнул Перселл. — Какое отношение имеют мухи к лесному хозяйству?
— За территорию Большого Леса отвечает отдел Ромма. Все, что так или иначе связано с Большим Лесом, должно направляться к нему.
— И он, даже не почесав свою безмозглую башку, поменял класс срочности на L. Уверен, он даже не вчитался в обоснование.
— Мы не вправе подозревать другие отделы в недобросовестности, — менторским тоном напомнил Хенкок. — Возможно, есть вещи, позарез необходимые Ромму. Например, медикаменты.
— Ну как же! Ему же надо лечить несчастных, покусанных теми самыми мухами, — ехидно возразил Перселл. — Если бы исследователи космоса действовали нашими темпами, они бы до сих пор готовили фотокопии своих свидетельств о рождении, брачных свидетельств и иных бумажонок, без которых им разрешили бы ступить даже на Луну.
Он еще раз пробежал глазами заказ и презрительно скривил губы.
— Джин Летрена меня просто добил. Я всегда ненавидел это пойло. Воняет дохлой собачиной. Но если он может обтяпать свой заказ на выпивку, почему бы нам не сделать то же самое с кобальтовым излучателем?
— Ты не можешь противостоять системе, — сказал осторожный Хенкок. — Во всяком случае, до тех пор, пока сам не окажешься наверху.
— С этого момента я начну ей противостоять, — объявил Перселл.
Он извлек чистый бланк и начал заполнять графы.
— Я оформляю высокоприоритетный заказ на кобальтовую мухобойку для Немо.
— Немо? — Вид у Хенкока был довольно отупелый. — Что еще за Немо?
Перселл равнодушно махнул в сторону неба за окном.
— Одна из недавно открытых планет.
Шумно отодвинув стул, Хенкок бросился к окну и долго всматривался в зеленоватые небеса. Небеса были пусты. Хенкок, пыхтя, протопал назад, снова вытер лоб и взялся за трубку местного телефона.
— Положи трубку! — потребовал Перселл.
Хенкок уронил трубку, будто она успела раскалиться докрасна, и заныл:
— Все новые планеты обязательно должны проходить через отдел Коллистера. Странно, что их никто не поставил в известность. Я не хочу узнавать об этом из сплетен в обеденный перерыв. Вся официальная информация должна распространяться в письменном виде и доходить до каждого, кого она касается.
— Коллистер и его стадо ничего не знают о Немо.
— Как такое вообще возможно?
— Очень просто. Планету Немо я только что выдумал, — спокойно ответил Перселл.
— Ты ее выдумал?
— Представь себе.
Покончив с заполнением, Перселл пришлепнул бланк печатью, и в нужном месте появился жирный красный оттиск с буквами ПВК — приоритетность высшего класса. Затем он поставил еще одну печать:
Доставка через Алипан, В-417. Пока Хенкок взирал на него через очки, Перселл размашисто подписал заказ и бросил в щель пневмопочты. Еще каких-то четыре минуты, и факсимильная радиокопия бланка полетит к Земле.
— Ты явно спятил, — буркнул Хенкок.
— Не больше, чем лиса из сказки, — ответил Перселл.
— На Земле не примут заказ для незарегистрированной планеты. Они обязательно потребуют официальное уведомление об открытии и такое же уведомление о координатах.
— Запрос — это уже уведомление, а координаты я приложил.
— Учти, на Земле их обязательно проверят, — предостерег Хенкок.
— У кого? У отдела, занимающегося Немо?
— Такого отдела нет, — сказал Хенкок.
— Золотые слова. Им придется проверять через отдел Иегуди.
— Рано или поздно, но обман обязательно раскроется. И тогда жди беды на свою голову. Знай, Перселл, я категорически отказываюсь нести всякую ответственность за твои махинации. Разумеется, официально я ничего не знаю. Ты сам заварил эту кашу, и как ты будешь ее расхлебывать — меня не касается.
— Не волнуйся. Я рассчитываю завоевать доверие начальства за похвальное проявление инициативы. Главное, к тому времени насекомщик получит свою мухобойку и перехлопает всех мух.
Некоторое время Хенкок сидел, что-то бормоча себе под нос, затем вздрогнул и в ужасе обхватил голову.
— Слушай, если с Земли нам отправят триста восемьдесят фунтов научного оборудования, для джина попросту не останется места.
— Это больше всего греет мне душу.
— Летрен взбесится.
— Ну и пусть, — сказал Перселл. — Он считает себя большой шишкой. А по мне — так он просто куча дерьма.
— Перселл, я не желаю нести ответственность за твое самоуправство.
— Не повторяйся. И крепко запомни, Хенкок: я только внешне выгляжу нормальным.
