«Эрик Фрэнк Рассел первый в списке моих любимых писателей — его произведения самые смешные из всех, когда-либо мной прочитанных» — это мнение о классике американской фантастики культового писателя современной Америки Джорджа P.P. Мартина. У нас в России слава и любовь к Расселу пришла в 70-е годы с появлением переводов его рассказов «Аламагуса», «Ниточка к сердцу» и других.
Авторы: Рассел Эрик Фрэнк
повезло, он добрался до Властителя, толстяка по имени Амилкар. Его превосходительство на данном этапе не отличает правую ногу от левой.
Гарольд открыл рот, чтобы прокомментировать его слова, но закрыл, так ничего и не сказав. Он включил свои телепатические способности. Берт и Джордж поступили так же. Мелор начал волноваться. Гарольд только теперь заметил бахрому тонких волос вокруг ушей лингианина, сейчас они встали дыбом и слегка подрагивали.
— Я ощущаю запах враждебности, — с тревогой сообщил Мелор и быстро подошел к окну.
В эфире царила ужасная суматоха, метались разрозненные мысли, было трудно извлечь что-то осмысленное.
«Окружаем их с…»
Шум.
«Да, занимайте нижний этаж…»
Шум.
«Поднимаемся вверх…»
Шум.
«Десяток человек… ищите…»
Шум.
«Они могут быть…»
— Я жду посетителей, — непринужденно заметил Джордж, подходя к стоящему у окна Мелору.
Все четверо выглянули на улицу. Там царило необычное оживление. Дюжина машин полностью перегородила движение. Еще дюжина блокировала перекрестки справа и слева. Что-то невидимое гудело в небе, казалось, подлетает целая эскадрилья вертолетов. Более двухсот человек в черной форме небольшими группами стояли на тротуаре.
— У них очень грубые приборы. — Берт скорчил гримасу, глядя на собравшееся внизу войско, — Они сумели определить лишь улицу, но не здание.
— Тем не менее они нас нашли, — заметил Гарольд, который выделил поток мыслей, принадлежащих обычному человеку. — Мы можем спуститься, чтобы избавить их от лишней работы, но среди них есть необычные разумы, а это уже риск. Не может такого быть, чтобы власти не приготовили нам сюрприз.
— Ну так давай проверим, — предложил Берт.
И все трое дружно послали потоки мыслей с указанием своего точного местонахождения. В тот же миг неразбериху перекрыл чуждый разум, появившийся в эфире. Он был чистым, острым, проницательным и обладал немалой силой.
«Они в этом здании! На десятом этаже! Их трое, и с ними один лингианин. Они не намерены оказывать сопротивление!»
— Дрейн! — сказал Гарольд.
Им не удалось найти это существо среди массы людей и автомобилей, они не смогли определить даже направление, поскольку дрейн закрыл свой разум, как только закончил телепатическую передачу.
— Судя по всему, среди них есть дрейн, — с некоторым опозданием сообщил Мелор. — Вы его слышите? Я не понял, что он сказал.
— Он понял, где мы находимся, и сказал, что с нами лингианин.
— И что вы теперь намерены делать? Неужели мы будем как овцы ждать своей участи?
— Да, — ответил Гарольд.
На лице Мелора появилось выражение мученика, но он ничего не сказал.
К их удивлению, никакой реакции на заявление дрейна не последовало. Наступила томительная пауза. Однако вскоре на улице появилась машина с серебристыми знаками на бортах, которой все уступали дорогу. И тут же люди в черной форме бросились к зданию.
Дверь открыл Мелор и впустил в квартиру капитана полиции, которого сопровождали шесть человек. На лицах всех семерых читалась тревога — ведь им приходилось иметь дело с неведомым. Все были вооружены маленькими бластерами, такими же, как тот, который Гарольд нашел у загипнотизированного полицейского.
Капитан, крупный, дородный, бледный, вошел в комнату, не опуская бластер, и сразу же произнес заготовленную речь:
— Выслушайте меня, прежде чем пустите в ход свои трюки. Наши бластеры не стреляют, пока мы сжимаем их в руках. Но как только мышцы расслабятся — а гипноз обязательно к этому приведет, — бластеры начнут стрелять! — Он сглотнул. — Любые попытки сопротивления приведут к тому, что все здесь будет уничтожено. Кроме того, на других этажах и на улице полно наших. Вам не справиться со всеми!
Дружелюбно улыбнувшись, Гарольд сказал:
— Вы провоцируете нас. Ничего не стоит заставить вас выбросить игрушки в окно, кстати, вместе с вашими штанами. Но мы хотим поговорить с Советом Действия, и нам некогда развлекаться. Пойдем.
Капитан не знал, хмуриться ему или изображать облегчение. Он осторожно посторонился, не опуская бластера, и четверка задержанных двинулась к двери. Полицейские не сдержали довольных ухмылок. Они окружали пленников, но старались не приближаться к ним. С такой же осторожностью двигается человек, у которого на груди пригрелась змея. По пути к лифтам Берт обратился к одному из полицейских:
— Как тебя зовут?
Долговязый субъект с тараканьим лбом опасливо посмотрел на Берта:
— Уолт Брон.
