«Эрик Фрэнк Рассел первый в списке моих любимых писателей — его произведения самые смешные из всех, когда-либо мной прочитанных» — это мнение о классике американской фантастики культового писателя современной Америки Джорджа P.P. Мартина. У нас в России слава и любовь к Расселу пришла в 70-е годы с появлением переводов его рассказов «Аламагуса», «Ниточка к сердцу» и других.
Авторы: Рассел Эрик Фрэнк
установки орудий. Удерживать эти плацдармы до прибытия командующего Втейша. Отражать все возможные нападения врага и вести тщательное наблюдение за деревьями.
Бвандт покосился на окружающие деревья и повторил:
— Обязательно следить за деревьями!
— Как прикажете, маршал.
Не скрывая тягостных предчувствий, Гордд удалился, уводя свою заметно поредевшую армию. Бвандт раздраженно ходил взад-вперед, вглядывался в верхушки деревьев, по-прежнему игнорируя просветы. При этом он не забывал понукать и подгонять экипаж, корпевший над снятием орудий.
Маршальский энтузиазм возымел свое действие: орудия были сняты и уложены среди деревьев. Все двенадцать. Бвандт предпочел бы видеть на их месте более мощные носовые и кормовые орудия, однако те требовали подъемных кранов. Маршалу не оставалось иного, как довольствоваться двумя мобильными батареями.
К сумеркам подготовка завершилась. За это время ничего из ряда вон выходящего не произошло, если не считать гибели капитана Гордда. Солдат, специально посланный сообщить печальную новость, рассказал, как было дело. Побуждаемый кажущимся безразличием врагов, Гордд попытался приблизиться к кораблю. Он осторожно пополз вперед, взяв с собою двух солдат для прикрытия. Те словно чуяли беду, поэтому все время озирались по сторонам. Вдруг из кустарников выскочило черное существо — настоящее порождение мира зла. Оно разорвало Гордда на куски, сопровождая свое злодеяние странными нечленораздельными звуками.
— А что в это время делали солдаты, которых Гордц взял с собой? — спросил Бвандт, сверля рассказчика всеми восемью глазами. — Я спрашиваю, что они делали? Сидели и жевали листья?
— Черное существо появилось слишком неожиданно, — объяснил солдат. — Прежде чем они успели опомниться, оно подмяло капитана Гордда. Оба сплелись в один клубок. Солдаты не решались стрелять, боясь задеть капитана. А потом и они подверглись нападению.
— Кто на них напал?
— Другое существо. Оно было похоже на первое, но отдаленно. Оно было более худощавым, более быстрым, и его тело имело желтый цвет. Да, желтое тело со странными пятнами. А лицо… не хотел бы снова увидеть это лицо. — Солдат вздрогнул. — Желтое существо двигалось намного быстрее черного и совсем беззвучно. Оно расправилось с обоими солдатами из прикрытия капитана Гордда и исчезло в кустах. Операторы пиктографов не успели сделать ни одного снимка.
— Значит, эти два существа — черное и желтое — отличаются от тех пришельцев, которых мы засняли ранее?
— Да.
— Получается, у них там шесть разных видов, — подытожил Бвандт.
В это время к нему подошел Втейш.
— Только что обнаружили еще два вида пришельцев. Они растерзали Гордда и двух солдат из его прикрытия.
Маршал раздраженно махал псевдоподиями.
— Сколько же обличий они принимают? Тысяча голубых комет, ну почему они не могут остановиться на каком-то одном облике?
— А что, если это особенность их расы? — все-таки не удержался от очередной гипотезы Втейш.
— Как понимать твои слова?
— У нас периодически вылупляются индивиды с пороками развития, — сказал Втейш. — Иногда это незначительный порок, но иногда он превосходит все допустимые пределы, и такого детеныша приходится уничтожать. Мы считаем его дефектным, однако он-то себя таким не считает. Если нарушения развития становятся слишком частыми, их начинают считать нормой. Многообразие обличий уже принимается как должное. Процесс делается неуправляемым, появляются все новые и новые формы. Родители не знают, какое потомство проклюнется у них и будет ли оно хотя бы отдаленно на них похоже.
—
Каминниф! — отрезал Бвандт. — Естественно, и на наших планетах есть другие формы жизни: древесные ящерицы, водяные рептилии, насекомые. Я могу напрячь воображение и представить себе живых существ, способных летать по воздуху без помощи двигателей. Скажем, какое-нибудь сверхлегкое существо с необычайно длинными рыбьими плавниками. Но я решительно отказываюсь даже гипотетически признавать, будто различные существа способны рождать потомство, еще более отличающееся от них. Я не желаю верить в хаотичный мир, где нет ни законов, ни порядка.
— Тогда чем вы объясните разнообразие пришельцев, прилетевших на этом корабле? — спросил Втейш. — До сих пор мы не видели даже двух одинаковых.
— Здесь только одно объяснение: они — выходцы из разных миров, и каждая раса является господствующей на своей планете.
— В таком случае нам противостоит не одна планета, а целая империя, — возразил Втейш.
— И чему ты удивляешься? Мы — тоже империя, состоящая из двадцати четырех миров.
