«Эрик Фрэнк Рассел первый в списке моих любимых писателей — его произведения самые смешные из всех, когда-либо мной прочитанных» — это мнение о классике американской фантастики культового писателя современной Америки Джорджа P.P. Мартина. У нас в России слава и любовь к Расселу пришла в 70-е годы с появлением переводов его рассказов «Аламагуса», «Ниточка к сердцу» и других.
Авторы: Рассел Эрик Фрэнк
торжественной церемонии, чтобы сказать спасибо. Домой пойду, и сейчас же! Какой смысл торчать в лагере?
— Для того чтобы узнать, в какую сторону идти, нужно сначала выяснить, где ты находишься.
— А если ты находишься в тысяче миль от своих родных мест? — добавил Ярбридж, — Глупо надеяться, что мы приземлились на заднем дворе твоего дома — инопланетяне могли выбрать любое место на земном шаре.
— Да пусть мой дом хоть в полумиллионе миль! Я туда доберусь, даже если придется ползти. У меня жена и дети.
— А у меня дочь, — тихо сказал Уилкин, — И я сомневаюсь, что когда-нибудь ее увижу.
— Заткнись, страдалец! — прорычал Хэнк.
Они вошли в первый же барак. Там оказалось сорок китайцев, мужчин и женщин, которые посмотрели на них совершенно равнодушно. Тогда они пошли в следующий барак, где увидели людей самых разных рас, в том числе и негра с костью в носу.
— Кто-нибудь говорит по-английски? — спросил Холланд.
Из глубины барака вышел старик. У него были длинная спутанная борода и горящие, но слезящиеся глаза.
— Я говорю, сын мой.
— Что здесь происходит?
— Что происходит? — В тот же миг лицо старика прояснилось. — О сын мой, ты созрел для просветления?
— Да, — кивнул Холланд. — Вроде того.
— Тебе повезло, — сообщил ему старик, схватив за рукав. — Ты пришел в нужное место и обратился к нужному человеку. Я имел счастье спасти мир. Я спас его, стоя на коленях, — я, грешник, плакавший у врат рая. Я молился, когда город рушился, кричали дети и умирали люди, не познавшие раскаяния. — Он еще крепче вцепился в руку Холланда, а глаза зажглись безумным огнем, — Мой голос был услышан, и с неба пришла помощь. Внемли, сын мой, если ты не чужд добродетели…
— Извини, отец, в другой раз. — Холланд ловко высвободился из цепких рук.
Старик продолжал что-то бубнить себе в бороду, а они пошли к третьему бараку. У двери стоял крупный мускулистый мужчина, который ждал, пока они приблизятся.
— Еще одна экспедиция? — сипло проговорил он. — И где вас нашли?
— На Луне, — ответил Холланд.
— Неужели? — Здоровяк пристально оглядел членов лунной экспедиции, а потом добавил: — Некоторые не понимают своего счастья. И почему вы там не остались?
— А ты бы остался?
— Ха! Это уж точно! — Здоровяк сплюнул. — Если бы только не нашел способ сбросить Луну на толпу проклятых инопланетян, которые едва не покончили с человечеством.
Хэнк подошел к нему вплотную:
— А мне не кажется, что с человечеством покончено.
— Верно, — согласился мужчина, оценивающе оглядев Хэнка. — Всех, кто остался, собрали в этом лагере. Нас шестьдесят тысяч. Больше никого, если не считать небольших групп вроде вашей, которых время от времени сюда доставляют.
— Больше никого? — Хэнк не мог поверить своим ушам. — Ты хочешь сказать?..
— Мир пуст, если не считать нас. — Мужчина обвел рукой лагерь, — Это и есть человечество.
— Ты уверен? — спросил Ярбридж.
— Еще бы! Я здесь уже почти месяц. — Здоровяк еще раз оценивающе посмотрел на них и предложил: — Зовите меня Пастором. Я австралиец, хотя теперь это уже ничего не значит. Расположиться лучше в этом бараке, мы можем принять десять человек. Лучше это будете вы, чем какие-нибудь безмозглые дикари — даяки или готтентоты.
Члены лунной экспедиции вошли вслед за Пастором в барак. Вдоль стен стояли пружинные кровати с тумбочками и пирамиды для винтовок. Над дверью висела какая-то табличка с надписью на английском. Около тридцати человек, в основном белые, равнодушно смотрели на вновь прибывших. У одного из них было плоское лицо и стрижка эскимоса.
Бросив рюкзак на свободную кровать, Холланд поинтересовался:
— А где мы находимся?
— Это Кэйстоун, предместье Альберты, бывший поселок нефтяников. Ближайший город назывался Лесбридж.
—
Назывался?
— Половину сровняли с землей, а другая — пуста.
Холланд уселся на койку, посмотрел на стену и рассеянно
отметил, что окна не мешало бы помыть. Через некоторое время он спросил:
— А откуда ты знаешь, что за этим стоят инопланетяне?
— Они сами сказали.
— Открыто хвастались?
— Не то чтобы хвастались, — неохотно признал Пастор. Казалось, ему хочется сплюнуть, как он только что сделал снаружи. — Их не мучает совесть, и они не торжествуют. Они говорят об уничтожении человечества как о свершившемся факте. Так мы говорим, что два плюс два будет четыре,
— Интересно… — пробормотал Холланд.
— Что именно?
— Зачем они здесь? Просто ради развлечения? Или решили воспользоваться выгодной для них ситуацией? Возможно, собирают остатки человечества
