«Эрик Фрэнк Рассел первый в списке моих любимых писателей — его произведения самые смешные из всех, когда-либо мной прочитанных» — это мнение о классике американской фантастики культового писателя современной Америки Джорджа P.P. Мартина. У нас в России слава и любовь к Расселу пришла в 70-е годы с появлением переводов его рассказов «Аламагуса», «Ниточка к сердцу» и других.
Авторы: Рассел Эрик Фрэнк
Бреннанд, а от стоящего поодаль Эла Стоу доносилось тишайшее гудение. От прожекторов пахло нагретым металлом.
Со стороны кормы пришел какой-то стук и царапанье. Там находилась мертвая зона, вспомогательные двигатели мешали обзору. Мак-Нолти что-то рявкнул, два инженера и навигатор бросились выполнять приказ. Мы понятия не имели о том, на что способны ночные визитеры, но если они сумеют повредить вспомогательные двигатели, мы останемся здесь навсегда.
— Пора делать выбор, — заметил Эл Стоу.
— О чем ты? — осведомился Мак-Нолти.
— Выходить навстречу или немедленно стартовать.
— Да-да, конечно, — проворчал Мак-Нолти. — Но мы по-прежнему не знаем, какие у них намерения. Нет оснований считать, что они хотят навредить, но и дружеских жестов они не сделали. Нужно соблюдать осторожность. Власти Земли не одобряют грубого обращения с аборигенами, если на то нет веских оснований. — Он презрительно фыркнул, — Иными словами, мы должны уносить ноги, если они
враждебны , или сидеть и ждать доказательств дружеского расположения.
— Я предлагаю, — вмешался Кли Янг, — открыть шлюз правого борта и свистеть мотивчик. Когда кто-нибудь приблизится, мы его схватим, затащим на борт и позволим нас рассмотреть. Если понравимся друг другу, то можно будет обниматься и целоваться. А в противном случае выбросим его наружу по частям.
П-р-рээ-нг! Пронзительное лязганье со стороны кормы эхом прокатилось по всему кораблю. Мак-Нолти поморщился, представив, как его драгоценный двигатель выходит из пазов. Он хотел что-то сказать и уже открыл рот, но в этот момент раздался яростный рев в машинном отделении. За ревом последовал чудовищный треск, и корабль прыгнул вперед на двадцать футов.
Помогая подняться распростершемуся на полу шкиперу, Эл Стоу сказал:
— Похоже, Эндрюс решил все вопросы. Теперь никто не захочет связываться с его детищем!
Из машинного отделения доносился гул возмущенных голосов — так рокочет вулкан перед извержением. Мак-Нолти знал, что лучше не трогать начальника машинного отделения, пока он не стравит пар.
Глянув в иллюминатор, Мак-Нолти в луче света заметил отступающий механизм. Нахмурившись, он обратился к Элу Стоу:
— У нас очень маленький выбор: либо немедленно стартовать, либо отогнать их. В первом случае мы теряем шлюпку с экипажем. А во втором — могут быть серьезные неприятности. — Его взгляд наткнулся на Стива Грегори. — Стив, еще раз попытайся связаться со шлюпкой. Если не сможешь, все равно продиктуешь инструкции — вдруг да услышат. А после откроем шлюз.
— Есть, капитан, — кивнул Стив и убежал в радиорубку.
Он вернулся минут через пять и бросил:
— Ни звука! Ну, ребята, готовьте оружие к бою. Перенесите прожектор к шлюзу правого борта. — Мак-Нолти замолчал, поскольку «Марафон» неожиданно начал крениться. Описав дугу в десять градусов, корабль вновь принял вертикальное положение. — И поставьте рядом пушку.
Эл Стоу и два инженера ушли выполнять приказ шкипера.
— Вот так! — выдохнул Мак-Нолти. — Даже думать не хочется, какая нужна сила, чтобы накренить «Марафон».
Дзинъ-дзинь-дзинь! Звуки тяжелых ударов пронеслись по всему «Марафону» и эхом вернулись в арсенал, где я раздавал оружие. Корабль вновь накренился, только теперь еще сильнее. Дуга составила никак не меньше пятнадцати градусов. Но и в этот раз корабль вернулся в прежнее положение.
Обмотавшись снарядными лентами для скорострельной пушки, я побежал обратно и нашел Эла возле внутреннего люка шлюза. Корабль слегка дрожал. Эл молча стоял, широко расставив ноги в сапогах на мягкой подошве, а его блестящие глаза неотрывно следили за медленно отворяющейся дверью люка.
Наконец, когда все было готово, тяжелая внешняя крышка отошла от корпуса «Марафона». Свет прожектора хлынул наружу.
Из сумрака доносились скрип и скрежет, но в луче прожектора ничего не появилось. Похоже, туземцы не жаловали яркий свет. Мы довольно долго стояли и ждали.
Набравшись храбрости, вычислитель по имени Дрейк, человек Флетгнера, вошел в освещенную шлюзовую камеру и медленно зашагал к внешнему люку. Он остановился у самого края и выглянул наружу. В следующее мгновение он сдавленно вскрикнул и исчез из виду.
Рослый и широкоплечий кривоногий инженер, следовавший за Дрейком, длинной волосатой рукой попытался схватить его ремень, но опоздал. На несколько мгновений он застыл на месте, а еще через секунду закричал и скрылся в темноте. Бреннанд, шедший третьим, не дошел нескольких шагов до люка — Мак-Нолти приказал остановиться.
Бреннанда не сумели похитить. Он закричал, когда что-то
