«Эрик Фрэнк Рассел первый в списке моих любимых писателей — его произведения самые смешные из всех, когда-либо мной прочитанных» — это мнение о классике американской фантастики культового писателя современной Америки Джорджа P.P. Мартина. У нас в России слава и любовь к Расселу пришла в 70-е годы с появлением переводов его рассказов «Аламагуса», «Ниточка к сердцу» и других.
Авторы: Рассел Эрик Фрэнк
Уилсон, Келли и несколько других. Велев оставшейся части команды разойтись по местам, Мак-Нолти обратился к добровольцам.
— Шесть человек и марсианин отправятся на поиски, — приказал капитан. — Вам следует держаться вместе, вы постоянно должны видеть друг друга. Четверо не должны покидать катер ни при каких обстоятельствах, — Он строго посмотрел на нас и добавил: — Я хочу, чтобы вы правильно меня поняли. Четверо из вас не оставят катер, даже если ушедшие на поиски вернутся и будут на коленях просить вас выйти. Не забывайте, это могут быть чужаки, загипнотизировавшие ваших товарищей!
— А если они не станут просить? — спросил Келли, кожу которого покрывала татуировка.
В правой руке он сжимал неизменный гаечный ключ.
Мак-Нолти некоторое время смотрел на ключ, а потом ледяным тоном ответил:
— Ты вполне можешь оставить свой замечательный инструмент на «Марафоне». Полагаю, лучевой пистолет намного эффективнее. — Мак-Нолти презрительно фыркнул и продолжал: — Если они не попросят вас выйти, то не возникнет никаких проблем.
— И тогда мы их впустим? — со значением произнес Келли.
Ха! На нашего шкипера стоило посмотреть. Он открыл рот, потом его челюсти клацнули; он порозовел, а затем побагровел. Повернувшись к Элу Стоу, он начал делать какие-то непонятные движения руками.
— Он задал интересный вопрос, Эл. Если поисковый отряд надолго скроется из виду, как оставшиеся на катере узнают, что его можно впустить внутрь?
Эл ненадолго задумался.
— Самое простое — отдельный пароль для каждого. Того, кто не сможет его сказать, следует немедленно сжечь из лучевого пистолета. Конечно, может погибнуть тот, кто страдает забывчивостью, но мы не имеем права рисковать.
Шкиперу, как и нам, не слишком понравилась идея Эла. Всем хотелось придумать что-нибудь более надежное, чем пароль. Если туземцы могут заставить нас воспринимать ложные визуальные образы, то нельзя исключить, что они сымитируют нужные звуки или уверят нас в том, что мы слышим пароль. У меня возникло неприятное подозрение, что они способны убедить нас составить завещание в их пользу. Однако никто не придумал ничего лучше. Идеальным решением был бы анализ крови, но как его сделать, если за твоими товарищами гонится вражеская армия? Люди могут умереть страшной смертью, пока мы будем проверять, кто они на самом деле!
Предоставив Мак-Нолти разбираться со вторым отрядом поисковиков, мы постарались снять все лишнее с катера, захватив с собой лишь то, что могло понадобиться. Катер был в три раза больше шлюпки и предназначался для перевозки крупногабаритных грузов. На борту всегда находились тонна продовольствия, запас воды на пару месяцев, баллоны с кислородом, скафандры, космический компас, мощный радиопередатчик и тому подобное. Вытащив все это наружу, мы взяли на борт артиллерийскую установку, ящик с бомбами и еще несколько «подарков» для местных жителей.
Когда я брел по коридору, сгибаясь под тяжестью запасных лент для артиллерийской установки, то заметил одного из механиков, который открывал люк. Другой стоял, опираясь спиной о стену, и ковырял в зубах. Оба напомнили мне портовых грузчиков, равнодушно наблюдающих за погрузкой мешков с венерианскими болотными бобами.
Обычно я не сую нос в чужие дела — только так и удается жить в мире с другими людьми, когда мы все надолго заперты в жестянке, где можно ненароком наступить на горло соседу. Наверное, последние события сделали меня излишне раздражительным — я так резко застыл на месте, что снарядные ленты звякнули.
— Кто приказал открыть люк?
— Никто, — равнодушно сообщил любитель зубочисток— Пейнтер вернулся и хочет войти.
— А откуда ты знаешь, что это он?
— Мы видели его в иллюминатор. — И механик очень выразительно посмотрел на меня — мол, тебе здесь нечего делать. — Он постучался. Возможно, что-то случилось с Джепсоном и ему требуется помощь.
— Возможно, — ответил я, сбрасывая на пол ленты и доставая лучевой пистолет. — А возможно и нет!
Механик смотрел на меня так, словно я лишился рассудка. Между тем люк распахнулся, открыв черноту ночи. Пейнтер ворвался в проем, словно за ним гналась тысяча дьяволов, и решительно двинулся вперед по шлюзовой камере.
— Стой, где стоишь! — громко приказал я.
Он не обратил на мои слова ни малейшего внимания. А ведь Пейнтер знал меня достаточно хорошо, чтобы спросить: «Сержант, какая муха тебя укусила?» И если бы он так поступил, это сошло бы ему с рук. Но он не сказал ни слова.
Долю секунды я наблюдал за ним, не в силах поверить своим глазам — ведь это был Пейнтер, от сапог до лысины. Он был так похож на Пейнтера, что мне стало страшно, я же мог совершить
