Эта песня мне знакома

Мы посмотрели десятичасовые новости, и я уже собиралась выключить телевизор, как вдруг почему-то решила прослушать анонс в начале одиннадцатичасового выпуска.
— По сведениям анонимного источника в прокуратуре округа Берген, некая Мария Вальдес Крус, в прошлом служившая в особняке Кэррингтонов горничной, призналась, что сказала неправду, давая показания. Раньше она заявляла, будто отправила в прачечную сорочку, которая была на Питере Кэррингтоне в ту ночь, когда он подвозил Сьюзен Олторп домой после вечеринки двадцать два года назад. По мнению следствия, эта сорочка была ключевой уликой в расследовании дела.
— Она лжет, — ровным голосом произнес Питер, — но она только что подписала мне приговор. Кей, теперь у меня не осталось шанса не оказаться на скамье подсудимых.

В свои тридцать восемь лет Коннер Бэнкс был самым младшим из команды первоклассных юристов, которых нанял Кэррингтон, но никто, даже его куда более именитые — и раскрученные — коллеги не могли отрицать, что в уголовном праве ему нет равных. Сын, внук и племянник состоятельных корпоративных юристов, он, к ужасу всех своих родных, во время обучения в Йельском университете недвусмысленно дал им понять, что намерен избрать стезю адвоката по уголовным делам. Окончив Гарвардскую школу права, он некоторое время проработал секретарем судьи в уголовном суде Манхэттена, а затем устроился работать на Уолтера Маркинсона, известного адвоката, который брался защищать обвиняемых в любых преступлениях и прославился тем, что вытащил из-за решетки не одну знаменитость.
В ходе одного из самых первых дел, которые поручили Бэнксу в фирме Маркинсона, ему потребовалось убедить присяжных в том, что выписанная из-за границы жена одного миллиардера, застрелившая давнюю подружку своего мужа, психически больна. Вердикт «невиновна по причине невменяемости» был вынесен после менее чем двухчасового совещания, что стало практически рекордом в истории рассмотрения дел с такой линией защиты.
На этом деле Коннер Бэнкс сделал себе репутацию, и за последующие десять лет эта репутация значительно упрочилась. Добродушный здоровяк, он со своей типично кельтской обаятельной внешностью сам стал знаменитостью, прославившись своим остроумием и ослепительными красотками, в обществе которых появлялся на великосветских приемах.
Когда Глэдис Олторп открыто обвинила Питера Кэррингтона в убийстве дочери, Винсент Слейтер позвонил Уолтеру Маркинсону и попросил того подобрать команду первоклассных юристов, которая могла бы оценить перспективы возбуждения судебного иска против миссис Олторп и вести это дело, если будет решено обратиться в суд.
По решению Питера Кэррингтона адвокаты проводили свои совещания у него дома, а не на Манхэттене; так он мог присутствовать на них, не прорываясь сквозь кольцо журналистов, осаждавших его дом. Теперь, неделю спустя, Коннер Бэнкс стал в поместье Кэррингтонов частым гостем.
В самый первый приезд, когда их глазам предстал особняк, старший партнер Коннера презрительно фыркнул:
— Не представляю, какой человек согласился бы жить в таком огромном доме по собственному желанию.
И Бэнкс, страстный любитель истории, немедленно отозвался:
— Я, например. Дом великолепен.
Когда адвокаты вошли в обеденный зал, где должны были проходить совещания, Слейтер уже ждал их. На серванте были выставлены кофе, чай, бутылки с минеральной водой и крошечные пирожные. Блокноты и ручки были разложены на столе. Два других адвоката, Сол Абрамсон из Чикаго и Артур Роббинс из Бостона, за плечами у каждого из которых имелся внушительный список выигранных дел, прибыли через несколько минут после Коннера Бэнкса и Маркинсона.
В зал вошел Питер Кэррингтон. К удивлению Бэнкса, его сопровождала жена. Бэнкс не относился к числу тех, кто склонен доверять первому впечатлению, но невозможно было не признать, что от Питера Кэррингтона исходит какая-то аура. В отличие от своих адвокатов и Слейтера, одетых в строгие костюмы, он был в рубахе с расстегнутым воротом и в кофте. После того как его представили юристам, он первым же делом сказал:
— Никаких «мистеров Кэррингтонов». Зовите меня просто Питер. А мою жену зовут Кей. У меня такое чувство, что встречаться нам с вами придется очень долго, так что давайте обойдемся без формальностей.
Отправляясь сюда, Коннер Бэнкс не знал, чего ожидать от новоиспеченной жены Кэррингтона. Он заранее отнес ее в разряд удачливых охотниц за состояниями. А кем еще могла быть библиотекарша, которая выскочила замуж за миллиардера после головокружительного романа?
Однако