Эта вдова не плачет

спросил я.
— Завтра днем. Они закончили с… — Секретарша глубоко вздохнула. — Я хочу сказать, вскрытие произведено.
— Кто будет сопровождать вдову? — поинтересовался я.
— Не знаю. Скорее всего мистер Рейзер.
— Правда? Я-то думал, что поддерживать безутешную вдову будет ее дорогой друг Марвин Лукас! Ее брови слегка нахмурились.
— Марвин Лукас?
— Вы беспокоитесь за Манни, — многозначительно сказал я. — Вам известны все его друзья и все его проблемы. Знаете, что случилось с третьей миссис Карлайл и с каким трудом Манни скрывает факт ее самоубийства. Вы знаете все о четвертой жене, только что ставшей вдовой. Значит, знаете и про Марвина Лукаса.
Карен вертела в пальцах нож для разрезания бумаги в форме кинжала.
— Вам что-то нужно, Холман? — резко спросила она.
— Вы слишком рано ушли вчера, Карен. Пропустили все самое интересное. Явилась с визитом вдова Карлайл и прихватила с собой крошку Марвина, чтобы он держал ее за ручку.
Я с интересом наблюдал, как шелковая блузка на груди блондинки на мгновение сморщилась спереди и тут же снова натянулась, когда она глубоко вздохнула.
— Если хотите знать, здесь мы никогда не говорим о Марвине Лукасе. И надеемся, что если постараться забыть о нем, то в один прекрасный день он и вправду непременно исчезнет.
— Вивиен и Лукас, — произнес я отчетливо. — Как давно установилось это содружество?
— Откуда мне знать? — Карен пожала плечами. — Может, годы? Манни узнал об этом шесть месяцев назад. Ллойд дал Вивиен престижное положение в обществе, женившись на ней, и деньги. Ну а если ей хотелось потратить часть этих денег на мускулы?
— Чем Лукас занимается помимо того, что разминает мускулатуру у нее в будуаре?
— Не знаю. Почему-то никто не потрудился выяснить это.
— Сегодня, доктор Брайн, вы не помогли мне справиться с неврозом, — произнес я с упреком. — Если и дальше вы будете так халатно относиться к своим обязанностям, мне придется обратиться к другому врачу.
— Я бы очень хотела этого, — последовал раздраженный ответ. — Вы становитесь моим постоянным ночным кошмаром.
— Мне показалось, что вчера вечером мы заключили сделку в интересах Манни? — сказал я.
— А мне кажется, что вчера вечером я была ненормальной, — парировала она. — У вас есть еще вопросы, мистер Холман?
— Знали ли вы, что Гейл Карлайл была алкоголичкой? — спросил я.
— Гейл? — Карен презрительно засмеялась. — Вы не в своем уме! Она вообще никогда ничего не пила.
— За исключением вечера, когда умерла? Конечно, вы мне можете не верить, но с результатом вскрытия приходится считаться, ведь правда?
Ее пальцы снова принялись играть ножичком, а по глазам было ясно, что она с наслаждением вонзила бы этот кинжальчик в мою грудь.
— Помнится, вчера я сказала, что вы хитрый и неискренний. — Голос Карен немного потеплел. — Но я должна сознаться, что о результатах вскрытия я просто забыла. Во всяком случае, если Гейл задумала покончить с собой, то, возможно, решила, что спиртное придаст ей смелости.
— А если некто замыслил убийство, то посчитал, что, напоив ее, будет легче осуществить задуманное, — подсказал я.
— Вы снова об этом! — гневно воскликнула блондинка. Затем, взглянув на крохотные часики на запястье, заторопилась. — Если вы не возражаете, мистер Холман, то мой перерыв уже начался.
— Ну и где же мы позавтракаем? — поинтересовался я. — Пожалуйста!
Секретарша притворно запротестовала:
— От одной мысли, что мы будем есть за одним столом, меня бросает в дрожь.
— Насколько серьезно был болен Ллойд? — пропустив ее реплику мимо ушей, спросил я.
На мгновение она замерла, потом медленно повернула ко мне голову, словно опасалась, что она может отвалиться.
— Ллойд был болен?
— Я говорю о серьезном заболевании, — подсказал я.
— Он не был болен. — Она покачала головой: очевидно, я удивил ее. — Всегда был в прекрасной форме. Откуда у вас такая странная мысль?
— Знаете, иной раз в голову лезут всякие, даже самые невероятные мысли. Стоит мне, например, взглянуть на вас, как у меня голова вообще пухнет от разных предположений. Поверьте, они вовсе не такие пустые.
— Для вас секс почти что бизнес, правда? — Секретарша изумленно посмотрела на меня. — Неужели вы никогда не успокоитесь?
— Вообще-то отрезвляюще на меня действуют удары по носу, вроде вчерашнего, — сказал я. — Так вы отступились, Карен Брайн, и наша сделка расторгнута?
— Нет! — поспешно фыркнула она.
— Значит, мне надо поговорить с Манни…
— Я же объяснила, что он отправился на ленч.
— Я подожду.
— Возможно,