Простым пятничным вечером жизнь Олега Замшелова резко переменилась. Скромный офисный работник узнает, что является наследником престола целого государства. И в пору бы радоваться… но не тут-то было. За наследством нужно отправиться в другой мир — полный чудовищ, колдунов и просто лихих людей. А главное, на опустевший трон нашлись и другие претенденты.
Авторы: Печёрин Тимофей
колдунья, обращаясь, сама не зная, к кому.
Точно не к статуям уже успевшим покончить с гвардейцами и вернуться на прежнее место.
* * *
По адресу, указанному в письме, располагался один из так называемых памятников архитектуры. Дом купцовбратьев Потрясовых. Худобедно переживший все революции двадцатого века и обе мировых войны… он не устоял перед тотальным равнодушием современности.
По большому счету, от старинного дома остался разве что фасад, подкрашенный и прикрытый ширмой. Реставрация? А на нее вот уж который год не находится денег. Так что реставрировать скоро на том месте, наверное, будет нечего. И какойнибудь начальник от градостроительства недоуменно вопросит, уперев руки в боки:
«Какой такой памятник? Где памятник? А был ли он вообще?»
Единственное, что останется в реальности к тому времени это пятачок ничем не занятой земли. На который просто грех было бы не впихнуть архитектурный памятник уже нынешней эпохе. Нечто, сияющее стеклопластиком и с пропорциями, как у иглы.
О том, что за дом номер двадцать шесть размещался на углу Полярников и Светской… верней, Советской, Олег узнал благодаря картографическому сервису. Одному из многих, расплодившихся ныне на просторах Интернета. А про плачевную участь дома Потрясовых ему поведала собственная же память. Ибо то место было неплохо знакомо Замшелову. Он много раз проезжал мимо возвращаясь с работы и не только.
Радовало одно: руины, лишенные даже крыши, использовать в качестве места засады наверное глупее даже, чем шить одежду из листов газеты. Так что версия о письмеприманке, подброшенномде убийцами в уродливых масках легковерной жертве, окончательно снималась с повестки. Вкупе с последними опасениями Олега.
Если он правильно понял происходящее, время работало против него. И не желая тратить его впустую Замшелов наспех перекусил и отправился к остановке общественного транспорта.
По случаю выходного дня первый же подошедший автобус ехал почти пустым. Совсем немного народу находилось и в окрестностях дома Потрясовых ровно по той же причине. Благодаря чему примечать паренька, нарушающего неприкосновенность памятника архитектуры, было почти некому. И уж тем более не нашлось желающих звать полицию.
Изловчившись, Замшелов сначала пробрался под ширму. Затем влез на подоконник благо, окна в купеческие времена располагали низко: чуть ли не в полуметре от земли. И, наконец, побоявшись прыгать, осторожно спустился на целый ковер из кирпичных и каменных обломков. Ими пол в доме Потрясовых был буквально усеян. Изза чего ступать по нему следовало медленно и с опаской, как по минному полю.
Первое, что Олег сделал, проникнув в развалины дома убедился в отсутствии посторонних. Хоть ту парочку метателей молний и разрушителей маршруток, хоть кого. Но людей по эту сторону стены не обнаружилось. Как и записки насчет розыгрыша и скрытой камеры.
Собравшись с духом, Замшелов приступил к чтению слова, должного открыть портал. Читать для пущей надежности он предпочел всетаки с оригинала прихватив письмо кастеляна с собой. И все равно успел сбиться дважды, снова и снова повторяя многосложную бессмыслицу.
Когда же проговорил ее до конца, и как полагал, без единой ошибки еще и успел понервничать долгие полминуты. Ожидая, сработает ли этот выкидыш лингвистики как надо… или его обманули. Как вариант, он сам ошибся и не учел нечто важное.
Все волнения, впрочем, оказались напрасны. Затаив дыхание, Замшелов смотрел, как остаток стены прямо напротив него теряет четкость… обретая некое подобие жизни. Поверх щербатой от времени кирпичной кладки расползалось пятно чегото бесформенного, колеблющегося. Какаято рябь, покрывшая стену, и в то же время почти сливающаяся с ней.
Сперва, и с немалой опаской, Олег дотронулся до пятна рукой. Неведомая субстанция, возникшая на месте кирпичей, оказалась одновременно вязкой, упругой… и податливой. Рука прошла в нее, будто в тесто, и столь же легко была выдернута обратно.
Так, убедившись в безопасности открывшегося портала, Замшелов набрал побольше воздуха в грудь и решительно шагнул вперед. Почти сразу же в глазах его потемнело, дыхание сперло, а сердце на секунду остановилось… чтоб заколотиться вновь и с удвоенной силой. Подкосились ноги, и Олег упал на колени, шлепнувшись на чтото твердое и холодное. А когда открыл глаза, то обнаружил себя на каменном полу какойто пещеры. Или в ином помещении, тоже просторном, лишенном даже намека на окна и почти погруженном в темноту. Пара факелов, висящих на голых стенах, погоды не делала.
Это все? окликнул Замшелова ворчливый старческий голос. Говорил он порусски, причем без малейшего акцента. Впрочем,
