Простым пятничным вечером жизнь Олега Замшелова резко переменилась. Скромный офисный работник узнает, что является наследником престола целого государства. И в пору бы радоваться… но не тут-то было. За наследством нужно отправиться в другой мир — полный чудовищ, колдунов и просто лихих людей. А главное, на опустевший трон нашлись и другие претенденты.
Авторы: Печёрин Тимофей
сподобились личной встрече. В Москве. Куда господин Валленхаус прибыл, дабы ознакомиться с работой российских филиалов.
George? успел произнести директор, прежде чем Монахов двинулся на него с кулаками.
Несмотря на склонность к сибаритству, изнеженным тюфяком Валленхаус точно не был. Более того, начав профессиональную карьеру простым полицейским, он впоследствии прослыл легендой частного сыска. Во всяком случае, в родном Берне. Да и охотничьи трофеи, развешенные на стенах, директор АВР добыл самолично.
А это дорогого стоило. В том смысле, что Валленхаус привык иметь дело и с преступниками, и с дикими зверями. В том числе с экземплярами опасными, готовыми сопротивляться.
Так что подстегнутую гневом атаку Георгия Павловича он отразил. Не без труда, но все же блокировав все его удары. Монахов, впрочем, тоже в долгу не остался. По крайней мере, ответные выпады Валленхауса отбивая болееменее успешно.
А решило схватку равноценных противников, как водится, вмешательство третьей силы. Чью роль на сей раз пришлось сыграть Олегу Замшелову. И винтовке, предусмотрительно прихваченной им из Зазеркалья.
Под нацеленным прямо ему в лицо стволом директор сразу сник. И замер покорно, держа руки на уровне головы.
Вот и замечательно, с прежним миролюбием обратился к нему Георгий Монахов, а теперь, уважаемый, сядьте вон туда.
И указал на одно из пухлых кресел, обитых красным бархатом. Мелкими шажочками Якоб Валленхаус доковылял до кресла и осторожно, постариковски, опустился на него.
Отличная работа, новичок, похвалил подчиненного Георгий Павлович. Самто он тоже вернулся в родной мир вооруженным. Но воспользоваться принесенной винтовкой не догадался. К запоздалому и немалому своему стыду.
Всегда рад стараться, ответ Олега, помимо воли, вышел какойто дежурный, шаблонный. Да еще с залихватскими нотками.
Ну а теперь разберемся с вами, поанглийски обратился Монахов уже к Валленхаусу, мы с еще одним сотрудником Агентства ждем объяснений. Не насчет приказа последнего, нет. Тамто мы уже и подвох успели найти… и с пониманием к нему отнеслись. Часть нашей работы, как ни крути. Но два белых пятна в этом деле остаются. Вопервых, для чего сделана эта приманка для пришельцев из Зазеркалья?
С этими словами он кивнул в сторону зеркала, покрытого серебристой полужидкой массой. После чего продолжил:
Ну а вовторых… знаете, как только мы, следуя вашему приказу, высадились в Зазеркалье, так сразу же угодили в засаду. Случаем, не знаете, почему? Ктото ведь, определенно, предупредил Синдикат. Согласны?
И последняя просьба. Можно сказать, личного характера. Спикайте на инглише, если вас не затруднит. Хочу, чтоб и моему юному коллеге было понятно. А то его поколение если и изучает родной язык Эйнштейна и Гофмана, то с неохотой.
Говоря это, Монахов одновременно краем глаза успел заметить женскую фигуру в белом фартуке, промелькнувшую в коридоре. Увидел ее и Валленхаус. И встрепенулся, подстегнутый слабой надеждой.
Jeanette! выкрикнул он, привставая с кресла, rufen Sie die Polizei!
Черта с два, Георгий Павлович метнулся к двери, на ходу хватая винтовку. И успел навести ее на женщину в фартуке: не сильно молодую, но неплохо сохранившуюся брюнетку.
Та остановилась, глядя на вооруженного человека испуганными глазами. И покорно прошла в комнату, когда Монахов поманил ее небрежным жестом руки.
Такто, проговорил Георгий Павлович, указывая женщине на соседнее с Валленхаусом кресло, а то ишь придумали «полицай». Знали бы вы, сколько этих полицаев наши отцы и деды на тот свет отправили… Ну да ладно. Возвращаемся к моим вопросам, господин директор. Слушаем вас.
С заметной неохотой, но Якоб Валленхаус сознался. В том, прежде всего, что действительно намеревался избавиться от трех сотрудников. Владевших столь неудобной для него информацией. И помимо приказа с трудновыполнимыми условиями и впрямь задействовал силы Синдиката. Последний был заранее оповещен. Даже раньше, чем тот злополучный приказ поступил в офис Монахова.
Другой вопрос, что режим секретности в чистом виде здесь был ни при чем. Директор стремился стать едва ли не эксклюзивным владельцем сведений о Зазеркалье. И даже планировал с ним поддерживать постоянный контакт. Опятьтаки эксклюзивный.
У меня по этому поводу остался единственный вопрос, проговорил Георгий Павлович, когда рассказ Валленхауса был закончен, ради всего святого зачем? Ради чего?
Тот мир по ряду направлений опережает нас, директор не полез за словом в карман, как минимум, на поколение… что и немудрено. Ведь там люди не отвлекали силы на заведомо безнадежные направления. Вроде космонавтики.
