Буря из иного мира накрыла Москву. 15 миллионов человек оказались во власти стихии. Но за ураганными порывами ветра и градом скрывается чужеродный ужас. И только одаренным под силу выжить.Бойся ближнего своего, ибо он лишь тень самого себя.Бойся дома своего, ибо за пустыми глазницами окон таится смертельная опасность.Бойся, ибо нет спасения ни на земле, ни под ней.Счастья всем с даром. И никто из одаренных не уйдет обиженным.
Авторы: Иван Шаман
ты все равно ничего не найдешь, — пожал плечами реконструктор. — Разве что придумаешь, как подобраться ближе к торговому центру у южного входа.
— А это идея. Если найдутся инженерные туннели… ладно, чего гадать. Узнаем мы это, только если они есть. Но спасибо за советы. Как только появится возможность — обязательно обновлю гардероб, — сказал я, пожав руку Иннокентию.
— Как найдешь подходящее оружие — заходи, покажу, как с ним обращаться, — напоследок сказал реконструктор.
Настало время отдыхать, но сна не было ни в одном глазу. Полежав возле Кристи и Маргариты Павловны полчаса, я понял, что уснуть не смогу. Тело требовало еды и действия. Паек я свой давно изничтожил, а залезать в кладовую, даже зная пароль, не хотел. Да и осталось там немного, на самый крайний случай.
Вариантов не было, нам требовались продукты. Группа к выходу в бурю была совершенно не готова, но решение имелось. По крайней мере, я так думал, пока не поднялся к выходу из метрополитена. Тела псов пропали. От них остались только части костяной брони и клочки шерсти. На шкурах не было даже розового слоя мяса. Кто бы здесь ни хозяйничал, он сожрал трупы подчистую.
На демонов это было не похоже, они питались энергией и оставляли разорванные части тел. Здесь же явно шуровало плотоядное нечто, легко разделавшее и разгрызшее скелеты массивных измененных собак. Ощущение опасности навалилось на меня, требуя немедленно бежать. Уходить как можно дальше от этого места.
Я обернулся, прикидывая расстояние до гермостворки. Успею. Даже если враг спикирует на меня сверху. Перехватив поудобнее ребристый лом, я выглянул в непрекращающуюся бурю. Море и водоросли. Запахи настолько же непривычные для Москвы, насколько явные. У меня не глюки. Этот аромат с каждым подъемом на поверхность становился все отчетливее.
Но откуда он, черт возьми, берется? Я слышал о циклонах, приносящих в Европу песок из Африки. Слышал о дожде из лягушек и жаб. И это было самое просто и логичное объяснение. На Москву просто пришел циклон от шамана племени тумба-юмба, принесшего своим черным богам достаточное жертвоприношение. Простое, но нелогичное. Хотя со всем окружающим нас бредом и ужасом поверить можно в любую глупость.
— Спокойно, Слава, только спокойно, — сказал я сам себе, всматриваясь в темноту. За время с последнего выхода изменилось несколько вещей. В первую очередь — пропали трупы. Усилился запах моря, а может, и океана. Но это все не главное. Поднялась температура, причем ощутимо. С минус десяти до нуля или даже ушла в плюс. Как это объяснить?
Свет в доме напротив выхода все еще горел. В трех или четырех квартирах на всю многоэтажку. При желании я даже мог добраться до этих окон. Возможно, там есть выжившие. В конце концов, не все были на работе во время начала бури. Интересно, сколько народа застряло в торговом центре? Если там орудуют призраки, стоит ли туда вообще соваться?
Ладно. Сосредоточиться на текущей задаче. Пятьдесят метров я как-нибудь и сам осилю. В крайнем случае телепортируюсь в два-три приема. Закрепив веревку на стальных перилах, я плотнее закутал шарф. Надел плавательные очки, которые забрал у Германа, и, глубоко вдохнув, шагнул в ураган.
Ветер мгновенно натянул веревку, вырывая ее из рук. Начал рвать одежду, залезая в малейшие щели. Словно пескоструйная машина срезал с поверхности любые неровности. Но я уже был готов к сопротивлению стихии и шел привычным маршрутом. Укрываясь за перевернутыми машинами, я добрался до дома с разбитыми зарешеченными окнами.
Раньше на этом мое путешествие бы закончилось. Но теперь, закрепив на решетке трос, я активировал телепорт. 🌀 выждал три секунды и оказался в помещении. В этот раз даже голова не закружилась. Вот что значит, много практики. Осмотревшись в поисках опасности, я осторожно двинулся через общую комнату на кухню.
Старая хрущевка-двушка оказалась пуста. Битые стекла украшали до половины комнаты. Под ногами хлюпала грязь, а обои на стенах набухли от жуткой сырости. Но ветер завывал здесь гораздо слабее, чем я ожидал, и в целом квартира сохранилась неплохо. Две комнаты и кухня. В коридоре нашелся ящик с инструментами — тоже полезная вещь.
Хозяева отсутствовали, домашние питомцы тоже. Хоть в этом мне повезло. Холодильник не работал, но в морозилке нашлись пельмени и пара кило курицы. На полках — пачки риса и гречки. Несколько банок консервов. Я поймал себя, когда почувствовал во рту вкус шоколада. Черт, голод оказался куда сильнее, чем я рассчитывал.
Забив стодвадцатилитровый рюкзак до предела продуктами, инструментами и постельным бельем, я снова подошел к окну. Телепорт не работал. Вернее, работал, но даже на два метра требовал четыре деления
