Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
в погоню. Вы сможете переправить вниз моих людей, если наши союзники доставят их на «Гринленд»? Им надо отдохнуть, подраться пришлось изрядно.
– Не прямо сейчас, но – да, сможем, – нахмурился Фортескью. – А вы?
– Саммерс уходит к Зоне Сигма. Чтобы его догнать, крейсерам придется пройти по кромке астероидного пояса. Сами понимаете, там без лоцмана не обойтись. Были б это эсминцы… – Мэри слегка развела руками.
Командующий планетарной обороной несколько секунд подумал и решительно кивнул:
– Не смею препятствовать, капитан. Какой из кораблей остается?
– Крейсер «Святой благоверный князь Глеб», – вступил в разговор Корсаков. – В данный момент на него переходят дети, размещенные на «Борисе». На орбите с ними ничего не случится, а вот в бой их тащить не стоит, сами знаете – неизбежные на войне случайности и так далее… Сделаем так, полковник: экипаж «Дестини» мы сейчас также переведем на «Глеба», потом, когда у вас будет время, вы их оттуда заберете. Сейчас я вас переключу на командира корабля, капитана первого ранга Владимира Якубовича, обговорите с ним детали взаимодействия. Вас это устраивает?
– Так точно, сэр! – вытянулся Фортескью. – Удачи вам, сэр, и еще раз спасибо!
Дубинин, успевший уже связаться с «Глебом», повелительно кивнул стоявшему неподалеку связисту, и экран погас. Мэри повернулась к своей команде:
– Давайте, ребята, время дорого. Марш собираться, я пока начну считать курс. И вот что, Джонни, не мог бы ты…
– Даже не мечтайте, капитан! – рявкнул экипаж «Дестини» в один голос и Мэри обиженно скривилась:
– Ну и подчиненные у меня… Совсем я вас распустила. Как вы с другимто командиром летать станете?
– Там видно будет, – спокойно ответила Элис. – Желаю успеха! – Четыре пары каблуков щелкнули одновременно – сначала перед капитаном, потом перед Корсаковым и Дубининым – и бельтайнцы покинули рубку.
– Вы чтото говорили о закрытой связи, мисс Гамильтон? Можете указать частоту? – над креслом Мэри слегка склонился старший смены связистов. Капитан поджала губы, щелкнула пальцами, и понятливый лейтенант протянул ей небольшой планшет и световое перо, которым она размашисто набросала несколько кодовых групп. Связист кивнул, сунул планшет комуто из подчиненных, и пару минут спустя на Мэри уже смотрела мать Агнесса.
Такой монахини Корсакову видеть еще не доводилось. Даже если оставить в стороне более чем странное сочетание апостольника с летным комбинезоном. Слишком живым и – словато другого не подберешь! – страстным при всей невозмутимости было резко очерченное, какойто мрачной красотой красивое лицо. Ни следа благостного смирения не было ни в посадке головы, ни в едва заметном прищуре, ни в остром, внимательном взгляде.
– Мэри? Что с тобой, девочка, кто эти люди?! – монахиня говорила на кельтике, но к этому моменту Никита уже успел настроить коммуникатор.
– Это русский Экспедиционный флот, матушка, – на унике ответила Мэри. – Позвольте вам представить: командующий эскадрой контрадмирал Корсаков. Господин Корсаков – мать Агнесса, настоятельница монастыря Святой Екатерины Тариссийской.
Никита сдержанно поклонился и удостоился ответного кивка. Между тем Мэри продолжала:
– Остатки эскадры Саммерса уходят к Зоне Сигма. Наши русские союзники намерены преследовать их, поэтому мне требуется ваша помощь.
– Схема минных заграждений? – прищурилась аббатиса, также переходя на уник. И, разумеется, данные о текущем состоянии внешней границы пояса? Ты подрядилась лоцманом?
– Ваша проницательность, матушка…
– Мэри, Мэри… Доживи до моих лет, – мать Агнесса сдержанно улыбнулась, – и никакая проницательность тебе не потребуется, достаточно будет жизненного опыта.
– Чем закончился наш рывок к Зоне Тэта, вы тоже знаете? – вскинула подбородок Мэри. Настоятельница слегка пожала плечами:
– Ну, если учесть, что ты на борту русского корабля, раненая, но совершенно спокойная… Либо ты успела пропихнуть транспорт через зону перехода, либо вам удалось отбиться. В любом случае в данную минуту никакая опасность детям не угрожает. Так я отправляю информационный пакет?
Капитан покосилась на старшего связиста, тот утвердительно кивнул.
– Отправляйте. И, матушка… я не знаю, хватит ли у Саммерса наглости попытаться напоследок навредить, но…
– Не волнуйся, дитя. На все Божья воля, и с Его помощью мы сумеем справиться – особенно если я не буду и дальше отвлекать тебя от работы разговорами.
Мягкая улыбка, благословляющий жест – и связь прервалась.
– Я помню ее простой монахиней, – задумчиво произнесла Мэри, уставившись в пространство. – В сущности, если ктото и может претендовать
