Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
конструкция не встречалась девушке ни разу. В учебном центре и Корпусе чисто развлекательных снарядов не было, а время от времени посещаемые на разных планетах парки развлечений не предлагали своим клиентам столь незамысловатых сооружений. Оглядевшись – не смотрит ли кто? – она забралась на горку и скатилась по ней. Ну надо же! Как просто и как весело! А нука, еще раз!
Когда она в третий раз поставила ногу на ступеньку ведущей на горку лестницы, от калитки донеслось деликатное покашливание, весьма похожее на сдерживаемый смех. Там, почти сливаясь цветом костюма с голубоватыми сумерками, стоял князь Цинцадзе. Выражение его лица Мэри разглядеть не могла, но на ум приходила снисходительная усмешка и, пожалуй, доброжелательное удивление в глазах. Чуть в отдалении маячил неизменный лимузин и две смутно различимые в наступающей темноте фигуры.
– И ничего смешного, – пробурчала она, подходя поближе и открывая калитку. – Я такого никогда не делала, вот и решила… попробовать.
– Никогда не каталась с горки? – князь, казалось, не поверил своим ушам. – У вас что же, на Бельтайне горок нету?
– Может быть, и есть, Ираклий Давидович, – усмехнулась Мэри. – Но мне не доводилось играть с нелинейными детьми, а у линейных есть только тренировки. И игрушки у нас были тоже строго функциональные – конструкторы, модели… в куклы мы не играли.
– Все с тобой ясно, – вздохнул ее собеседник. – Ты уж меня извини, но бельтайнские методы воспитания и обучения представляются мне довольно странными. Хотя и эффективными. Ну что, здесь поговорим или в машину пройдем? – перешел к делу князь.
– На ваше усмотрение, Ираклий Давидович. Я бы осталась здесь – вечер уж больно хорош.
Вечер действительно был на загляденье. Днем немилосердно палило солнце, и витые прутья ограды до сих пор хранили тепло, но подувший недавно прохладный ветер с севера освежил воздух и потихоньку сшивал в небе рваные полотнища облаков. К утру, наверное, дождь пойдет. Или даже раньше. Но пока дождя не было, и можно было просто стоять, слушая доносящуюся откудато слева музыку и любуясь ажурными силуэтами розовых кустов на фоне стены дома.
– Ну, здесь – так здесь. И что же у тебя случилось?
– Пока не случилось, – скрестив руки на груди, Мэри привалилась плечом к столбику ограды. Кажущаяся беспечность позы могла бы обмануть многих, но Цинцадзе видел, что девушка собранна, спокойна и очень серьезна. – Но, похоже, скоро случится. Если все пойдет так, как я рассчитываю, София привезет мне помимо пары коробок сигар верительные грамоты. Черт бы их побрал, я боевой офицер, куда мне в послы? – она закусила губу, отпустила. Губа сразу и заметно припухла.
– Так, – внушительно уронил Ираклий Давидович в наступившую тишину. – А теперь по пунктам: вопервых, кого именно должен побрать черт?
– Полковника Моргана и Шона О’Брайена, нового принципала Совета Бельтайна. Узнав о том, что меня ожидает представление императору, они захотели, чтобы я попыталась передать его величеству предложения Совета.
– Какого рода предложения? – Цинцадзе заметно подобрался. Неторопливая вальяжность исчезла из голоса, как по мановению волшебной палочки.
– Бельтайн хочет заключить с Империей союз. Торговый, возможно военный. Подробности мне вышлют с Софией. Строго говоря, нам есть что предложить, но и нужно нам многое. После налета Саммерса…
– …твоя родина оказалась в крайне незавидном положении, – закончил князь.
– Именно.
– И как ты себе это представляешь?
– Союз? – невесело усмехнулась Мэри. – Пока никак. Я не видела еще, что приготовили эти умники в качестве предложений Бельтайна Империи. Но если там не полный бред, я должна хотя бы попытаться переговорить с его величеством. Я многим обязана Бельтайну.
Музыка смолкла, теперь в соседнем саду слышался женский смех и негромкие голоса, но слов было не разобрать. Отдыхают люди, смеются… счастливые…
– Подсчитала бы лучше, скольким Бельтайн обязан тебе, – проворчал Цинцадзе.
– Полагаю, Ираклий Давидович, – ядовито процедила Мэри, – что и Империя многим обязана вам, но действуя на ее благо, вы не занимаетесь подсчетами.
Теперь на лице князя было написано уважение.
– Туше, – кивнул он, примирительно поднимая ладони. – Умыла старого черта. И что тебе требуется от меня?
– Консультация. Это в принципе возможно – обратиться к его величеству с просьбой о встрече? Я имею в виду, для меня возможно?
– Возможно, – Цинцадзе смотрел ей прямо в глаза. – Вполне возможно. Ты заинтересовала его величество, в немалой степени с подачи его высочества, которого ты заинтересовала еще до своего появления на Кремле. Выжимки репортажей
