Если ты появился на свет в результате строгого генетического отбора и в двухмесячном возрасте попал в учебный центр Линий — добро пожаловать на «фабрику героев». А если ты всего лишь жалкий полукровка и твоя мать допустила и сохранила не санкционированную Генетической службой беременность от безвестного чужака — то попробуй-ка, докажи Линиям и всему Бельтайну, что ты не выродок.
Авторы: Дакар Даниэль
упитанный, поблескивающий обширной лысиной пожилой человек нравился Эрику. То, что при внешности и манерах этакого записного простачка дон Лима был одним из самых опасных людей в этой части Галактики, только добавляло пикантности беседе. Впрочем, и сам Эрик был не лыком шит. И нашлось бы не так уж много людей, достаточно безумных, чтобы попытаться доставить неприятности отщепенцу семьи ван Хофф. Отщепенецто он отщепенец, но ван Хоффы никогда не бросали родственников в беде, а вызвать неудовольствие могущественного клана посредников… Посредники нужны всем и всегда, представители же семьи ван Хофф числились в своем деле волшебниками, способными совершить невозможное.
Приблизившийся секретарь дона Лимы сложился пополам и прошептал чтото на ухо не доверявшему с некоторых пор коммуникаторам патрону. Тот немедленно просиял, всплеснул руками и быстро проговорил веселым тенорком:
– Эрик, извините меня, но я вынужден вас покинуть. Только что прибыла совершенно изумительная женщина. Острый ум, острый язык, а как играет в покер… сказка! Ах, будь я помоложе… В любом случае, я должен лично поприветствовать мисс Робинсон. Чуть позже я вас познакомлю, – и дон Лима с удивительной для человека его возраста и комплекции прытью помчался к лестнице, ведущей ко входу в зал, дав тем самым собеседнику возможность совладать с лицом.
Мисс Робинсон, вот как? Интересно, сколько в Галактике мисс Робинсон? Нука, нука… Эрик осторожно выглянул изза колонны и тут же отступил назад. Одного взгляда было вполне достаточно. Что ж… Кажется, они обещали друг другу, что еще встретятся. Приятно сознавать, что на сей раз судьба свела их там, где «мисс Робинсон», по крайней мере, не обладает властью. Хотя два красавца за ее спиной в случае чего могут быть изрядной проблемой.
Откровенно говоря, Эрик не мог с уверенностью сказать, чего он хочет больше: придушить виновницу единственной неудачи за всю его карьеру? Поиграть с ней в покер? Затащить в постель? Или, быть может, сначала покер, потом постель, потом придушить? А что, в последнем варианте чтото есть… Однако – он снова высунул голову из своего ненадежного убежища – она изменилась. Разбитная студентка, которую сия незаурядная личность изображала семнадцать лет назад, исчезла без следа. Элегантная дама, которой человек, не видевший ее в «Золотом клевере», мог сейчас дать и тридцать лет, и шестьдесят, была одета так, что как минимум половина женщин в зале должна была немедленно умереть от зависти.
И дело было даже не в стоимости наряда, хотя за одни только веганские рубины, сиявшие на груди, в ушах и на запястье правой руки, можно было купить тот самый «Золотой клевер». Просто далеко не каждая женщина могла себе позволить натянуть платье от Франчески Корсо прямо на голое тело. Одной хорошей фигурой тут не обойтись, да по большому счету она и не является необходимым условием. Нужен определенный шик, который либо есть, либо нет, а уж если нет – пиши пропало. Зато если есть… Франческа Корсо, с которой Эрик был знаком лично, полагала, что ее платья следует носить только женщинам, держащим свою судьбу в собственных руках, и какимто образом ухитрялась подчеркнуть это качество каждым швом. Приобретали ее туалеты многие, но понастоящему хорошо смотрелись они на единицах.
Пару секунд понаблюдав за тем, как дон Лима, состроив самую сочувственную физиономию, ласково кивает и делает приглашающие жесты маленькой ладонью с пухлыми, унизанными перстнями пальцами, Эрик снова скрылся за колонной. Он был весьма озадачен, и желание в самое ближайшее время обозначить свое присутствие боролось в его душе с осторожностью. Боролось и проигрывало. Знакомство «мисс Робинсон» с доном Лимой ван Хоффа не удивляло: после приставленного к затылку пистолета от этой женщины он мог ожидать всего, чего угодно. Но вот то, что она, по всем признакам, была богата, настораживало. В людях он научился разбираться очень рано, это являлось одним из необходимых условий успешной карьеры посредника и адвоката. И диссонанс между тем, что он видел сейчас, и сложившимся когдато представлением о молодом полицейском офицере, заставлял его проявлять обычно несвойственное ему благоразумие.
Любопытно, однако, что она здесь делает? Эрик ван Хофф был весьма наблюдательным человеком, обладавшим великолепной памятью, в частности на голоса. А уж причины интересоваться планетой Бельтайн у него были самые веские. Причем именно эта женщина в свое время предоставила ему их. Так что за ходом процесса над Джерайей Саммерсом и Джастином Монро он следил более чем внимательно. И когда пришлось сопоставлять знакомый, хотя и повзрослевший, голос с незнакомым лицом, наблюдательность не подкачала. Расстояние между зрачками, форма ушных
